Артур поворошил палкой угли в костре.

«Что же. Нужна еда».

Тут одна проблемка выпятилась. Он теперь постоянно хочет есть. И не просто есть, а жрать. Поглощать. Набивать брюхо. Только вроде поешь, живот прям круглый, вставать тяжело. Пара часов и голод возвращается. И это не мягкое желание покушать, а свирепый воющий о своём желании хищник. Похоже, организм, после такого стресса, решил, что если есть возможность, надо запасать. В промышленных объёмах. И да, мясо добытое накануне, включая остаток туши, как выяснилось, снежного волка, Артур добил буквально за утро. Уже три раза поел, а прошло всего где-то полдня. И воду по пути всю выпил.

«О, проснулась».

Красноглазка, залёгшая в углу, действительно, подняла голову, открыла глаза.

— Ты как быть? — спросил Артур.

В ответ девушка закашлялась.

— Сносно, — хрипло ответила она.

(Артур, слова, конечно, не понял. Но по смыслу должно быть это).

— Я там мясо, которое сухим быть, оставил, — произнёс Артур. — Ты есть.

Женщина в ответ кивнула.

— Я идти, — продолжил парень. — Надо мясо. И вода.

И, собственно, решил не откладывать. Сразу и поднялся.

— Быть тут, — произнёс Артур. — Идти нет. Да?

— Куда я денусь, — скривилась женщина. — Я руку-то с трудом поднять могу.

Артур кивнул…

… Сегодня снаружи было, по ощущениям, холоднее. Но лично Артуру теплее. Он же вещами разжился. Рубашка с рукавами длинная и большая. Рукава подвернул, поясом утянул на талии и порядок. Словно платье-комбинация, хе-хе. Обувь бы ещё найти со штанами.

На спине у него рама от рюкзака — сей девайс был вот такой конструкции. Рама с лямками и к ней пристёгивается мешок. Тащить сырое мясо в рюкзаке — это идея такая себе. А вот привязать к раме — нормально. Плюс, он ещё пояс нашёл. На котором имелись петли для оружия. На том же поясе, кстати, и был нож. В ножнах, так что он теперь ещё и модный. Немного. Также фляжки, помещённые в кожаные чехлы, имели карабинчики, которые также цеплялись к поясу за скобки сзади. А плащ с собой Артур брать не стал. Мешается. Вот сидеть в нём возле костра — прям то, что доктор прописал. Ну, а при движении он и так не особо замерзает.

«А зверьё тут совсем непуганое».

Только вышел из поселения, ощутил взгляд…

* * *

Этот странный человек опять вышел наружу. Причём, с таким видом, словно это совершенно рядовое явление. Как будто там обычный мир, а не андон.

«Надо поесть».

Танатрия совершенно не ощущала голода. Но это лишь кажется. Раны перебивают другие чувства. Поэтому, она подтянула к себе свой рюкзак.

Сушёное мясо и вправду было на месте. Полностью. Танатрия развязала кожаный мешочек, положила в рот твёрдую пластинку. Сначала его надо размочить, а то зубы можно сломать. Сушёное мясо — очень хорошая вещь, но в смысле именно что-то вкусное зажевать — это не про него.