- А теперь пошли вон, отсюда!

Переглянувшись выходят. По хорошему стоит их пристрелить. Но все остальные охранники тоже из Безводного. Убив этих двоих мы резко поднимем вероятность мятежа.

Когда убеждаюсь, что они отправились дальше по улице, перевожу взгляд на Елизавету. Спрашиваю, где была остальная охрана. Та со вздохом отвечает, что наверху. Отдыхала. Каким образом, дежурившая на входе пара бойцов, открыла дверь этим уродам, она не знает. Но поднимать тревогу, после того, как они уже были внутри, было поздно. Так что она воспользовалась тем, что пришедшие запрашивали владельца и связалась со мной по рации.

Думаю. К женщине в целом вопросов нет. Но только по поводу конкретно этой ситуации. Вот мотивация охраны явно не на высоте. Что я ей и выкладываю. На сегодняшний вечер назначаю собрание со всеми оставшимися бойцами. Пока же пусть сделает внушение сама. И избавится от трупов. Их оружие пусть принесут нам в оружейную.

Ко входу в бар как раз подъезжает Руслан и мы вытаскиваем всё ещё живого "разводящего" наружу. Тот приходит в себя и пытается что-то сказать. Не вслушиваюсь. Если попробую разобрать слова, то могу не сдержаться и прирезать его прямо сейчас. Забросив тело в багажник, стартуем с места. Едем к центральной площади Кстово, недалеко от которой располагался особняк Стулевского. Останавливаемся прямо на ней.

Достав неудавшегося бандита из багажника швыряем его на асфальт. Оглядываюсь вокруг. Тут, как минимум человек двадцать вокруг, включая солдат Святка. И ещё с десяток сидит в кафе напротив, наблюдая за разворачивающейся картиной. Становлюсь рядом с телом. Напрягая голосовые связки начинаю кричать.

- Эта сука сегодня заявилась в мой бар. Решила, что может потребовать свою долю. Из всей их банды остался только он - жалкий ноющий кусок дерьма. Который забыл, что "Бродяги" делают со своими врагами.

Наклонившись, один за другим вырезаю у него глаза. Стараюсь работать технично, чтобы не заляпать новую форму и разгрузку. Тощий извивается и визжит на всю площадь. Морщусь, но терплю. Чем больше орёт, тем лучше. Вот когда начинает цепляться рукой, прижимаю её к земле берцем, после чего несколькими ударами отсекаю пальцы. Что приводит ещё к одной серии воплей.

Вспарываю щёки ножом. Между зубами в качестве распорки вбиваю ствол пистолета. Подтягиваю пальцами язык и с третьей попытки отрезаю его. Отбрасываю кусок мяса в сторону, убираю "Ромф" и, встав, отхожу в сторону. Лицо валяющегося на площади "гения криминальных переговоров" теперь мало напоминает человеческое. Прямо сейчас он захлёбывается собственной кровью, лёжа на спине. Метрах в десяти от нас на землю выворачивает одного из патрульных. Остальные смотрят со слегка шокированным видом. Похоже новенькие, которые если и слышали истории о Горановых и Стулевском, то не видели ничего своими глазами. Но остановить нас не пытаются.