Ещё раз запросив помощника по рации, майор вздохнул. Задача была опасной и он заранее предупреждал парня об этом. Но тот всё равно вызвался отправиться туда. И сейчас оказался на острие атаки.
Покосившись на троицу членов совета, настороженно за ним наблюдающих, военный взял в свои руки, коряво выглядящее устройство, с большой чёрной кнопкой. По идее, она должна была быть красной, но техники присобачили в том цвете, который смогли найти.
Секунду подождав, мужчина вжал её сразу двумя пальцами. Вдалеке послышался грохот серии мощных взрывов, пол под ногами здорово тряхнуло. Две последние ночи, майор вместе с верными людьми занимался минированием зданий. Взрывчатка была заложена, как в само здание, где должна была проходить встреча, так и около него.
Десятки килограмм были укрыты в коммуникациях. После нажатия кнопки, всё это сдетонировало, превратив строение в груду кирпича и строительного хлама.
Снова вздохнув, он поднялся на ноги. Теперь время своими глазами оценить результативность взрыва. Через минуту небольшая колонна из трёх машин уже тронулась в путь, направляясь к месту взрыва. Впрочем, остановились они за двести метров до цели. Выбравшись наружу, майор удивлённо наблюдал за людьми,
ползающими по дороге. Рыдающие, бьющиеся в истерике солдаты. Один и вовсе бился головой об асфальт, что-то бормоча. Мужчина покачал головой и перевёл взгляд в сторону, где произошёл взрыв. Эти парни были его бойцами. Судя по всему, император смог каким-то образом обработать их, пока был в городе. И если офицер верно оценивал их реакцию, то правитель Санкт-Петербурга только что погиб.
Вот только вопрос — как поведёт себя вся остальная его армия. Тоже будет реветь и биться в истерике? Или решит отомстить за гибель своего «хозяина»?
Глава 32
Просыпаюсь от звука открывающейся двери. Повернув голову, вижу выходящую из комнаты Киру. Вздохнув, поднимаюсь с постели. Вернув на место экипировку и оружие, выдвигаюсь в коридор. Первым делом, по рации запрашиваю текущую ситуацию. После того, как отвечают, что всё в порядке — отправляюсь на кухню, куда уже подтягиваются остальные бойцы. Люба, вовсю варганящая завтрак, всовывает мне в руки чашку кофе и просит не дымить на кухне. Сразу же развернувшись, возвращается к плите. Сегодня она решила сделать для ветеранов отдельный завтрак. По крайней мере, для желающих. Поэтому, взяла на себя полное руководство относительно отдельной кухней, которую раньше использовали в основном для варки кофе и в качестве курилки.
Секунду стою, в состоянии лёгкого ошеломления, потом, усмехнувшись, выхожу наружу. Курильщики тусуются чуть в стороне, около открытого окна. Тут обнаруживаются и Кира с «Кошкой», бросающие друг на друга злобные взгляды. Останавливаюсь в нескольких метрах от них и запаливаю сигарету. Если переживу сегодняшний день — придумаю, как решить ситуацию с ними. Или не придумаю. Но сейчас я точно не хочу забивать себе этим голову.