Феликс, застывший около открытого дверного проёма, ведущего в «офис», высовывает FN, выпускаю три короткие очереди кряду. Ему отвечают нестройным огнём сразу нескольких автоматов. Слышу, как кто-то кричит и матерится, требуя немедленно прекратить огонь. Удовлетворённо хмыкаю. Значит, бойцы-андроиды всё-таки закончились. Теперь настало время людей. Что не может не радовать. Убивать этих ублюдков будет как приятнее, чем контролируемых биороботов, которые даже не осознают, что делают.
Перемещаюсь к аргентинцу, заняв позиции рядом с ним, около стены. Прикидываю в голове, может ли в офисе что-то загореться от взрыва термобарической гранаты. Предбанник полностью уцелел, но тут, по сути, везде голый металл. А в блоке немало пластика, плюс может оказаться что-то ещё из горючих материалов.
Размышления прерываются возмущённым криком и звуком короткой очереди со стороны противника. В целом, ничего необычного. Только вот, в этот раз, огонь ведут совсем не по нам. Когда до моей головы доходит этот факт, удивлённо замираю, ожидая развития ситуации.
Первая мысль, которая приходит на ум — кто-то из бравых защитников станции попробовал сбежать и был благополучно ликвидирован. Хотя, можно предположить и несколько иных вариантов, но, на мой взгляд, они не так вероятны.
Через секунду из помещения раздаётся мужской голос.
— Предлагаю выдохнуть и поговорить. Давай обсудим расклад, который у нас получается.
Отвечаю, почти не задумываясь.
— Извини, но вести переговоры с теми, кто сознательно пустил под нож миллиарды людей, я не собираюсь. Многое могу понять и сам в крови по уши. Но убивать всех из-за своей съехавшей крыши — это клинический диагноз.
Сделав короткую паузу, продолжаю.
— Поэтому мы просто пройдёмся по станции, уничтожая всех членов экипажа, одного за другим. А потом свернём вашу шарашку раз и навсегда.
Секунд пять стоит тишина. Потом собеседник, уставшим голосом уточняет.
— Я только что пристрелил одного из этих уродов. Всё, что хочу обсудить — условия сдачи и сворачивания проекта.
Глава XXVI
Несколько мгновений, в недоумении размышляю о том, что у них там происходит. Потом решаю уточнить, кто именно со мной разговаривает. Кричу в ответ.
— Какие у тебя полномочия для принятия решений? С кем я вообще говорю?
Секундная пауза, после которой слышится ответный крик.
— Полковник Игнатов, международная орбитальная группировка. Здесь возглавлял СБ. Это моих людей вы положили в четвёртом секторе.
Переглядываюсь с Феликсом, который настороженно прислушивается к происходящему, явно ожидая подвоха. Вздохнув, детализирую дальше.