По мере того, как мы выясняем детали, становится понятно, что опасаться больше нечего. Мятеж оказался не слишком удачным экспромтом, который благополучно провалился. Всё, что нам сейчас остаётся — принять меры по нейтрализации остатков бунтовщиков. Разоруженных мятежников размещаем на Солнечном острове, под охраной гвардейцев. Сам «князь» пока остаётся на территории «Арены Холл» под охраной солдат. Сюда же перемещается немногочисленный уцелевший персонал его «канцелярии». Сейчас, лидеру Краснодара предстоит сформировать новое правительство, на которое можно будет опереться.

А я со своими людьми отправляюсь в аэропорт. Перед этим напомнив «князю» о наших договорённостях. Хотя, сомневаюсь, что сейчас он рискнёт их нарушить.

Приближаясь к нашей базе, предупреждаю о нашем прибытии Данила. Парень отвечает, что пассажиры самолёта сейчас в здании и он ждёт меня для окончательного решения, что с ними делать дальше. Объяснять расклад по рации, всё так же не хочет.

Поэтому, когда машина останавливается около аэропорта, я гадаю, что там такого могло случиться, раз кстовец так упорно отмалчивается в открытом эфире. Вместе с «Ураном» и Ланой, направляюсь внутрь. Когда следом за охранником проходим в зал, вижу в его углу группу где-то из двадцати человек. Судя по внешности — не из этих краёв. Скорее, похожи на жителей Закавказья.

До них остаётся несколько метров, когда один из мужчин поднимается на ноги. Косясь на охранников, делает шаг вперёд и начинает говорить.

— Дайте нам заправиться и полететь дальше. Мы просто хотим улететь. Пожалуйста!

Судя по акценту — точно жил где-то в ближнем Зарубежье. Останавливаюсь и чуть покачав головой, отвечаю вопросом.

— Откуда вы? Куда летите?

Мужик оглядывается на остальных и придвигается чуть ближе ко мне.

— Мы из Тбилиси. Хотим добраться до Урала или ещё дальше.

Удивлённо хмыкаю. Зачем группе грузин забираться настолько далеко вглубь континента?

— Почему именно туда?

Тот пожимает плечами.

— Я уже всё рассказал вашему офицеру. Мы просто пытаемся выжить.

Рядом со мной оказывается, шагнувшая вперёд Лана. Прищурив глаза, смотрит на грузина.

— Значит расскажи ещё раз. Тебя же вежливо спрашивают, никто пальцы не дробит и кожу не срезает.

Собеседник нервно сглатывает слюну, дёргая кадыком. После чего начинает излагать.

— Да я же не против, просто уже в курсе ведь ваши люди. Но раз хотите сами услышать — расскажу.

Ненадолго прерывается, после чего продолжает.

— Мы жили в районе Тбилиси. После первых дней хаоса организовались, создали что-то вроде государства. Даже наладили связь с другими городами и районами. Было тяжёло, но жить можно. Стреляли порой, да и в целом разврат с насилием были повсюду. Но обходилось без массовых столкновений. Дней семь назад к нам добрались беженцы с турецкой границы. Рассказывали о каких-то тварях, что уничтожают целые города. Якобы отчасти разумных. У нас тогда уже был опыт контактов с изменёнными людьми из некоторых клиник ГЛОМС и мы решили, что они просто испугались.