— Знаете, вы меня заинтересовали своим предложением, — сказал Трубецкой. — Я говорю об усилении, разумеется. Вот, подумал, а почему бы не обзавестись комплектом пуль, напитанных тёмной стихией? Для коллекции. У меня Лефоше модель 10, калибр три целых две десятых линии. Сможете усилить пули к нему?

— Разумеется, — кивнул я.

Трубецкой достал из портфеля четыре коробочки и передал мне. Я открыл одну из них: внутри лежали шесть бумажных патронов — каждый в отдельной ячейке. Такие патроны обычно делались вручную для облегчения заряжания капсюльного револьвера.

Закрыв крышку, я сунул коробки в карман. Теперь передо мной встал важный вопрос: какую назвать цену? Я даже приблизительно не представлял, сколько может стоить подобная услуга. Само по себе задание было простое: максимум часа два работы.

— За всё — пятьдесят рублей, — сказал я.

— Договорились, — не задумываясь, ответил Трубецкой. — Когда я смогу забрать заказ?

— Завтра.

— Придти по вашему адресу?

— Лучше встретимся здесь же в то же время.

На том и договоились.

Тем же вечером я принялся за дело, но вскоре обнаружил небольшую проблему. Усилить подряд столько предметов было не так просто, как казалось изначально. Напитав тёмной стихией пятнадцать пуль, я почувствовал такую усталость, что оставалось лишь завалиться спать. Занятие высосало все силы. Утром работа, конечно, продолжилась, но теперь я не торопился, и после каждой процедуры делал перерыв.

Вечером мы снова встретились с Трубецким, и я передал ему готовый заказ. Князь открыл каждую коробочку, осмотрел пули через увеличительное стекло, а некоторые даже подержал в руке. Затем он сложил коробочки и лупу в портфель, достал портмоне и протянул мне три бумажки: пятидесятирублёвую и две красные десятирублёвые — даже больше, чем мы договаривались.

— Алексей, ваша работа превосходна, — похвалил меня Трубецкой. — Не будь вы столь молоды, подумал бы, что всю жизнь этим занимаетесь. Очень надеюсь, вы не откажете мне и в следующем заказе. Он будет крупнее… значительно крупнее.

— Что требуется усилить?

— Пули и взрывчатку. Пара сотен фунтов… возможно, больше.

— Попробуем, — ответил я. — Но обойдётся это недёшево. Работа, риски.

— Рисков не будет, Алексей, всё законно. Взрывчатка нужна для земляных работ в моём поместье. А усиливать предметы никто не запрещает. Разумеется, я щедро заплачу.

— Когда приступать?

— Предположительно на следующей неделе. Я уведомлю вас письмом.

Разумеется, я догадывался, зачем Трубецкому понадобилась усиленная взрывчатка, но задавать вопросы не стал. Когда дело касалось заказов, любопытство — не лучший союзник. И всё же я был несколько удивлён. Что это значит? Князь решил сменить тактику? Он помогает товарищам более радикальных взглядов или готовится к каким-то серьёзным событиям, которые ожидают нас в ближайшем будущем?