Малой, хоть и его воспитанник, но совсем другой. Когда про Богучарова рассказывает, глаза горят, а на скулах желваки перекатываются. Идейный борец, блин. Мысли сильные, но короткие. Может и правда вырастет в бойца-диверсанта. Если раньше, по дурости, в какую-нибудь фигню не вляпается.
И я, хрен его знает, как эта способность называется. Но, оказывается, я за своё глотку порву. Хозяин, вождь, лорд — не важно. Но это моя земля и мои люди.
— Не помню его бонуса, — хмурится Михалыч, — он его не показывал.
— О, точно! — вскакивает Малой. — У него было яблоко!
Я замираю. Яблоко?! Погодите, но разве это не то же, что и мой картофан?
— И? — от нетерпения наклоняюсь вперёд. — Что он с ним сделал?
Если мои подозрения верны, то выходит, что у Богучарова могло появиться второе поселение! Значит, Система тоже признала его достойным. Что-то в этом пустобрёхе всё же есть. И не просто «могло», до сих пор может! Хотя…
— Как что? Съел, ясное дело, — пожимает тот плечами. — В одну харю, чтоб не делиться.
Я же сдерживаю тихий мат, а вместе с тем и гомерический хохот. Легендарное яблоко и съесть?! Звучит, как самая глупая история на свете!
— А изменений в нём после никаких не произошло? — спрашиваю.
— Как же, — вспоминает Малой, — после этого он как раз и речь толкнул, что он тут единственная власть, а мы при нём, главные представители. И всё, значит, вокруг наше до самого горизонта. А остальные вокруг мутанты и «зомби», с промытыми мозгами… Простите, Тётя Хрюша, это не про вас, это он так сказал… И такой убедительный, сука, был, что мы поверили сразу.
Михалыч только горестно кивает, видать, тоже поддался лозунгом
Вот тебе и секрет его внушения. Всё полностью встаёт на свои места. Баффы там, судя по всему, «жирные» были, в легендарном-то предмете.
— А с огрызком что стало? — спрашиваю.
— С огрызком? — оба рассказчика удивляются дурацкому вопросу.
— Да, от яблока, — терпеливо повторяю.
— Тоже сожрал, небось, — говорит Михалыч. — Он всю дичь с косточками жрал от жадности.
— Нет, выкинул, — поправляет более внимательный Малой, — его уже тогда на слова пробило, а огрызок в руке мешался. Вот он его в кусты и зашвырнул.
Зашвырнул в кусты. Если так, то прямо сейчас, где-то там в лесу растёт легендарная яблоня. Яблоня, которая ждёт и не дождётся того, как её кто-нибудь присвоит.
— Ле-оле-оле-оле, Михалыч — вперёд! — кричу я, подбадривая бегущего мужчину.
Рядом с ним? с куда большей лёгкостью пробегает Малой, кидая обеспокоенные взгляды на товарища.
Даже Хрюша умудряется обогнать Михалыча, кинув тому напоследок воздушный поцелуй.