Но перед тем как пустить этот продукт в производство — требуется определиться с рецептурой. Выработать, так сказать, ГОСТ. Самый настоящий Спартанский ГОСТ!

Для чего кадровый отдел и устроил нам самое настоящее кулинарное шоу.

И народу в радость, и мне на пользу!

Меж тем к нам проходит смуглый, черноволосый мужчина с бородой-эспаньолкой. Улыбаясь, он представляет нам своё блюдо.

— Мой Лорд, уважаемые жюри, я назвал это блюдо — карри-тушёнка. Сочная, с ярким вкусом, она подойдёт каждому! Прямо по рецепту моей бабушки! — ярко улыбается мужчина и перед нами ставят четыре порции мяса.

— Ну, что, пробуем? — спрашиваю я, смотря на подозрительно булькающую субстанцию. На мгновение я задаюсь вопросом, а не слизня ли нам подали?

Не может же тушёнка быть живой… Так ведь? Ведь так⁈

— Может, не надо? — с сомнением шепчет мне Валерьян, не переставая держать улыбку на лице. Прирождённый дипломат!

— Может, не может, — качаю я головой. — Кто мне посоветовал сделать из выбора рецептуры целое шоу?

— Но я же не знал, что и я буду включён в список жюри! — тихим шёпотом возмущается Валерьян.

— Знаешь ведь, что инициатива делает с инициатором? — коварно ухмыляются я.

— Догадываюсь… — вздыхает мой товарищ и опускает ложку в карри.

Как вдруг один из жюри падает лицом в свою тарелку.

Я, Валерьян, Пирра и Малой в немом шоке смотрит на то, как Архонт с красным, как томат, лицом царапает себе горло.

На глазах выступают слёзы, язык обожжён, агония написана на его лице.

Ещё мгновение и мужчина теряет сознание от шока, что перенёс его организм.

— Врача! Врача сюда! Быстрее! — кричит Луна.

— Мне кажется… тут слегка переборщили с перцем, — осторожно комментирует Пирра, подняв над тарелкой лодку с карри. А потом мы видим, как субстанция просто-напросто прожигает стальную ложку насквозь.

В общем, первый рецепт уходит «в утиль».

Второй кандидатурой оказывается дородная женщина по прозвищу Галя.

— Уважаемые жюри, я представляю вам блюдо, которое я годами готовила в школьной столовой! Детки его просто обожали! Да так, что потом пулей неслись обратно в свои классы! — добродушно смеётся женщина.

Она представляет тушёнку вполне привычного вида. Без каких-либо изысков и наворотов. Что меня лично очень даже обнадёживает.

Но, когда я уже подношу ложку ко рту, Малой берёт первую пробу.

Уже через мгновение он бледнеет в лице, его лицо втягивается в себя, точно от съеденного лимона, а пальцы отламывают целый кусок у деревянного стола.

После чего он падает со стула и дрожащей рукой тянется ко мне с мольбой во взгляде.

— Воды… Кто-нибудь, — шепчет парень.