* * *

Горный Орёл натянул поводья своего летающего змея и, вытянув шею, всмотрелся вниз. Там, на заснеженном склоне, всё ещё полыхали остовы разбившегося дирижабля.

Уже целый час его подчинённые вылавливали редких счастливчиков, переживших крушение. Упрямые спартанцы не сдавались, раз за разом пытаясь ускользнуть от крылатой погибели. Но разве могли ползающие по земле тягаться с властелинами небес?

— Господин Горный Орёл, — окликнул его подчинённый, зависнув в нескольких метрах на своём змее. Партнёр Горного Орла недовольно зашипел, не оценив столь близкого соседства, но короткий рывок поводьев мгновенно усмирил его возмущение.

— Слушаю, — кивнул жрец.

— Полагаю, нам следует возвращаться. Скоро начнёт темнеть, и мы рискуем остаться на ночёвку в горах. Что для змей крайне нежелательно, — произнёс подчинённый.

Горный Орёл задумчиво кивнул, поглаживая чешую своего партнёра. Как бы могучи ни были их летающие змеи, они оставались весьма привередливыми к температуре. Чем теплее, тем для них лучше, хладнокровные же создания! Морозный воздух горных долин не пойдёт им на пользу.

Он ещё раз окинул взглядом догорающие очертания дирижабля. Если кто-то там и остался, шансы на выживание у него были ничтожны. Ночи в горах коварны, не говоря уже о частых лавинах.

— В таком случае отправляемся, — решил Горный Орёл. — Свою задачу мы выполнили. Спарта не узнает о нас раньше времени. Атака пройдёт, как задумано.

И по его свисту летающие всадники развернулись на север, к основной армии.

* * *

— Остро! Жуть как остро! — пищит Хрюша, хватаясь за стакан с водой. В ответ на наши с супругами смешки она возмущённо сопит:

— А почему вам нормально⁈

— Я жил в студенческом общежитии. После него уже ничего не страшно, — признаюсь я.

Хрюша переводит возмущённый взгляд на Мэнфи.

— Не раз заказывала доставку из одного ресторана в китайском районе у нас в городе, — взмахивает ладошкой рыжая.

Теперь брюнетка сосредотачивается на Геле.

— А у меня бабушка из Кореи, — признаётся та. — Я еду и поострее ела с самого детства. Привыкла уже.

Наконец, чуть ли не плачущая Хрюша смотрит на Алису. Блондинка со скоростью комбайна поглощает уже вторую тарелку.

— А я просто… люблю острое! — смеётся красная, как рак, Алиса и отправляет в рот новую порцию нашего лакомства.

Хрюша роняет голову на край стола с рёвом, полным вселенской несправедливости. Мэнфи хихикает, прикрыв рот ладошкой. Алиса с улыбкой просит у слуг добавки. Геля пододвигает свой стул поближе к Хрюше и ободряюще гладит её по плечу.

В общем, идиллия, как она есть.