Туда, где можно расслышать тихий мат и непрекращающееся ворчание.

* * *

— Да что же это, етить его через три троещины! — раздаётся возмущённый голос Михалыча.

— Как успехи, господа? — подхожу я к дуэту экспериментаторов.

— Пока никак, — устало потирает веки Майор — Уже пожаловал с приёмной комиссией, Лорд Шурик?

Качаю головой с едва заметной улыбкой.

— Если бы. Сейчас я с иным вопросом. Если его удастся решить, то у вас будет ещё несколько дней на «исследовательскую деятельность», — произношу я.

— Мышь? — догадывается слёту Михалыч.

— Мышь, — соглашаюсь я, — Мне нужно кое-что уточнить у вас относительно её.

— Спрашивай, если уж знаем — ответим, — говорит за двоих вояка.

Его коллега молча кивает.

— Замечательно. Когда в последний раз вы видели Мышь на тренировках с Черти-что? — задаю я первый вопрос.

Два мужчины задумчиво хмурят брови. После недолгого молчания первым высказывается Майор.

— Если так подумать, то она практически всегда сачковала на этом упражнении. — задумчиво чешет щетину вояка. — Я не придавал этому значения. Думал, что это какие-то ваши заморочки. Она же — маг, а не боец первой линии, так что я не сильно настаивал.

— Она вроде как-то упоминало, что Черти-что пугает её до дрожи в коленях. Я ещё тогда спросил — почему. Она толком и не смогла ответить на вопрос. Просто добавила «вот чувствую и всё тут», — вносит и свою лепту Михалыч.

Похоже, что пазл сложился.

Проклятие от яблони, уязвимость к паразитам, а теперь и страх перед Черти-что…

— Так, оставьте свою «лабораторию» на некоторое время. Мне понадобится помощь, — объявляю я.

— Конечно, что делать хоть будем? — интересуется Михалыч.

— Выжигать гниль напалмом, вот что.

* * *

На дело идут Малой, Майор, Михалыч, я и Третий.

Тихо, но быстро войдя в избу, мы пеленаем Мышь в шкуру, которой она укрыта.

Мышь распахивает глаза, отчего мы замираем, но, всё обходится и магесса снова засыпает.

Уже куда более деликатно, мы подхватываем её на руки, кладём на плечи и аккуратно выносим наружу.

Уже начинает светать, первые лучи Солнца пробиваются сквозь черно-изумрудные кроны деревьев. В их неровном свете мы напоминаем мне членов какой-то мрачной секты, которые тащат жертву на ритуал.

Неся Мышь к месту экзорцизма, я оглядываю её. И тут же замечаю след того, что заметил совсем недавно, используя лупу.

В ярко-рыжих лучах света женщину плотно окутывает чёрная дымка, которая будто волнуется, чувствуя неладное. И ведь дрянь не ошибается.

Мы движемся к манекену и, чем меньше остаётся расстояние между нами и Черти-что, тем ощутимей становится дымка.