Он снова вспыхивает, сверкая глазами в наступающих сумерках.

— Да нет же! — эмоционально заявляет турок, — Поговорить нам с тобой надо. Нехорошо ты поступаешь, несправедливо. На голод нас обрекаешь, на смерть.

— Уважаемый Мустафа, — отвечаю. — Я со своей стороны поступаю очень справедливо. Продовольствия поставляю столько, что хватит всем. И «Газелькину», и твоим людям. А если учесть, что вас на одного человека меньше стало, то даже лишнего останется, — намекаю на Гелю, которая неловко жмётся сейчас возле Мыши. — Так что, уважаемый Мустафа, сам разбирайся со своим соседом. Ему-то продавать руду ты можешь.

— Уморит нас этот хряк, — машет рукой Мустафа, — ему люди ничто, тьфу, и растереть! Ты сам видел, жену тебе отдал! Как он Гельке по ушам ездил, а надо было только людей собрать побольше.

Как будто бы ты сам не уморил Краба, думаю про себя. Но вместо этого спрашиваю.

— В рабство к нему ты идти не собираешься?

Мустафа возмущённо вспыхивает.

— Никогда! — горячится он, — лучше смерть принять.

— Так и я другого тебе предложить не могу, — развожу руками. — У меня даже Ботан и Третий — рабы. С чего бы мне для тебя особые условия создавать? А торговать напрямую я тоже с тобой не могу. Сам видел, Система запрещает.

Мустафа опускает голову, и я вижу, как тяжело проходит у него мыслительный процесс.

— Найми нас в качестве рабочих, — предлагает он, — Система только про торговлю говорит. Найм не запрещает. Нет моих сил находиться близ Краба. Он ведь ублюдок хитрый, разожрётся, а после задавит нас, прирезав поочерёдно! — мужчина сжимает до хруста костяшек кулаки, произнося имя конкурента со всё большей злобой.

Удивляюсь такому предложению. Не сталкивался пока с подобным вариантом здесь, хотя и препятствий к этому особых не вижу.

Принять в рабы целых пять человек, что ни говори, заманчиво. Но желанием идти к нам в подчинение они не горят. А если мы прямо перед глазами конкурентов устроим на них охоту, то, думаю, договорённостям придёт конец.

Краб, как бы с Мустафой ни враждовал, поймёт, что его черёд следующий, и придёт на помощь.

Оставить всё как есть? Тогда люди Мустафы станут почвой для усиления «Газелькина». Это сейчас они такие гордые, припрёт с голодухи, и пойдут к Крабу на поклон.

Или тот действительно вырежет ослабевших соседей и наберёт себе новичков у стелы.

И так, и так — Краб в выигрыше. Так что надо забирать людей, на тех условиях, на которых возможно. Тем более что в истории есть отличный пример того, как можно всё организовать.

— Хорошо, Мустафа, я принял решение, — прерываю свои глубокие раздумья, обращаясь к мужчине.