Но заговорщики будут во всеоружии! Они уже сейчас методично готовятся к этому моменту! Когда Энрике испустит последний вздох в этой богом забытой каменной могиле, Мадрид тут же окажется в цепких лапах Бенедикта и его верных прихвостней.

К самому старику-интригану у меня нет особых претензий. Переворот? Что ж, политика никогда не отличалась чистоплотностью. Стану ли я возражать? Едва ли! Для Спарты подобная нестабильность в стане противника — чистой воды благословение.

Чем больше враг занят внутренними интригами, тем меньше у него остаётся сил и внимания для планирования нового вторжения на восточные территории.

Есть, однако, один аспект, который категорически не укладывается в мои планы — присутствие Адмирала Каспера под крылом нового претендента на трон Мадрида.

Этот кровожадный хищник уже неоднократно демонстрировал, что видит в Спарте своего заклятого врага, и не успокоится ни при каких обстоятельствах. Пока он способен хоть как-то вредить Спартанскому Королевству, пока существует малейшая возможность нанести нам даже незначительный урон — этот одержимый не остановится ни перед чем.

По меньшей мере, такова моя оценка ситуации. Следовательно, Спарте категорически не по пути с новым режимом Бенедикта.

Но если не с ними, то, возможно, с Энрике?

Любой игрок достаточно высокого уровня может выдержать около недели полного голодания. Без воды, пищи и света. Теоретически можно продержаться и дольше, если бы накладываемые Системой дебаффы не становились день ото дня всё более разрушительными.

В Норе ряд учёных как-то проводил по дурости подобные опыты на самих себе, добровольно подвергнув себя подобной изоляции. Они тщательно документировали свои ощущения и наблюдения. Чем дольше продолжалось их «добровольное заточение», тем менее разборчивыми становились записи и тем страшнее по всей видимости становилось состояние рассудка.

Впрочем, я отклоняюсь от нашей основной темы. Сейчас важнее всего — знакомство с человеком, пусть и бывшим, но всё же стоявшим во главе могущественного Пятиморья. Что он вообще из себя представляет? Мне нечасто выпадает возможность побеседовать на равных с лидером сопоставимого масштаба.

С тем же Консулом мирно поговорить за чашкой чая не удалось — война-с.

А здесь, в сырых недрах тюрьмы, нас никто не потревожит! По крайней мере, в ближайшее время.

— Раз уж мы познакомились, позволь задать тебе прямой вопрос, коллега, — говорю я, — зачем же вы на нас вообще напали? Жили себе не тужили? Могли бы и торговлю вести между собой, и быть может даже союз какой организовать в будущем!