Зрелище, откровенно говоря, то ещё! Полагаю, режиссеры ужасов за такой экспонат золотую гору отдали бы, никак не меньше! Столько денег можно на спецэффектах сэкономить!

Видоизмененная «многоножка» раз за разом бьётся о разделяющее нас стекло, тогда как Ботан и Гайка окончательно уходят в себя, делая заметки на планшетах.

— Как можно заметить, — поправляет Алиса очки на переносице.

Очередная забава моей красавицы — сказала, что раз уж она теперь настоящий учёный-эпидемиолог, то ей нужен белоснежный докторский халат и очки с прямоугольной оправой.

Халата на месте не нашлось, зато очки запасные одолжил Ботан. Причём, очки без линз, поэтому улыбаемся, машем и подыгрываем. Алиса в хорошем настроении — наиболее эффективная Алиса. Да и наблюдать за её игрой занятно.

— Как можно заметить, — повторяет блондинка, — Составляющие части мутантов в разы опаснее таковых у зомби. Порой они могут обращаться во что-то совершенно новое!

— Зомби так не могут?

— Не могут, — согласно кивает девушка. — По сути, они способны лишь регенерировать в изначальном виде. То есть отрезанная когда-то рука может встать на место и приклеиться обратно. Сломанные конечности исцеляются, а треснувшие кости срастаются, как ни в чём не бывало.

— Интересная способность, — говорю я.

— И очень опасная, — вздыхает Алиса. — Мутанты же реально какие-то… мутанты. Их регенерация просто что-то с чем-то! Если у зомби конечность отрастать будет, предположим, несколько часов, то у мутанта — пара-тройка минут! Ну, или десять, если он измотан и уже не имеет достаточного запаса энергии.

Алиса указывает на бьющуюся о стекло «многоножку».

— Зомби, если осознают, что не могут восстановить ту или иную часть себя, остаются в том виде, в каком есть, — поясняет девушка. — А вот мутанты в той же ситуации начинают творить какую-то дичь!

— Точнее и не скажешь, — фыркает Гайка, отрываясь от своих записей. — На то они и мутанты. Конечности, оказавшись отдельно от основного тела, просто начинают изменяться вплоть до того, пока они не станут новой формой чего-то. Вот как это щупальце.

Девушка тыкает в образец в контейнере.

— Изначально, я так подозреваю, это была рука. Простая человеческая рука, — произносит техномагесса. — Затем начался мутационный период, и одна рука превратилась в три отростка с костяными лезвиями на концах. Форма закрепилась и стала новым стандартом для существа. Если отрубить одно или два щупальца, то те или попробуют вернуться на исконное место, или мутант сам их отрастит с нуля.

— В таком случае начинается новая мутация? — догадываюсь я.