— Верно, — соглашается со мной Майор. — Поэтому нам ничего не остаётся, кроме как продолжить двигаться вперёд. И держать улыбки на лицах. Только так мы сможем хоть как-то успокоить людей.

— Командир, который бежит во время мира, вызывает смех. А если бежит во время войны, то вызывает страх? — припоминаю я одно выражение.

— В точку, — усмехается Майор. — Именно поэтому мы будем вальяжно ходить, улыбаться от уха до уха и вообще лучиться от счастья!

Тихо рассмеявшись, я поднимаю бутыль с травяным настоем. Та ещё гадость, но накладывает необычный бафф — «лёгкие мысли». Позволяет быстрее обрабатывать поступающую в мозг информацию. Самое то для посиделок в штабе.

— В таком случае я поднимаю тост за то, чтоб от нашей улыбки стало всем светлей!

— Отличное предложение! — поддерживает мои слова старый вояка, и мы чокаемся стеклянными бутылями с настоем.

Казалось, наш марш и не думал заканчиваться!

* * *

— Есть что там? — смотрю я в смотровую трубу.

— Ничего, — отвечает Малой.

— А что наша улиточка?

— Тоже тишина, — сообщает он. — Эва говорит, что Антанта так и не начала атаку.

— И это после моего-то пламенного сообщения? — криво улыбаюсь я.

Я, конечно, и предполагал, что так всё и произойдет. Но одно дело — предполагать, а совсем другое — знать это наверняка.

Антанта бросила нас на «съедение» Грибнице. И это после того, как я официально запросил у них помощи.

Да, вот вам и доблестные борцы с Великим Злом! Не нападает на нас? Ну и всё! А то, что там где-то воюют другие… так и плевать! Не на нас же обрушен гнев Грибницы! Чего дёргаться вообще⁈

— Фронтир полностью затих, — докладывает Малой. — Я уже выслал несколько отрядов разведчиков. Полагаю, северяне уже скоро прознают о нас.

— Пускай, — отмахиваюсь я. — Нам больше и не нужно скрываться. Первая часть плана прошла успешно. Хоть и не без косяков.

И это действительно так.

Поход выдался тяжёлым. Для всех. Для людей, для техники, даже для Грибницы.

Эве ведь приходилась точечно контролировать мутантов и устраивать нам «тренировочные» вылазки.

Но самым большим препятствием оказались даже не игры с Грибницей, а само расстояние. Как уже говорилось ранее, Спарта ни разу не совершала бросков на столь внушительные дистанции.

Прочность техники падала прямо на глазах. Тягачи разваливались на части, солдаты стаптывали свои лучшие сапоги. Даже экзодоспехи приходили в частичную негодность — нарушалась работоспособность магических батарей.

Миром Системы, конечно, правят характеристики, но даже здесь есть такое понятие, как износостойкость. Те же очки прочности.