Морж вспомнил, как, выходя из печатного дома, он столкнулся с какой-то девушкой. Служанка, похоже.
Пачка листовок, которые он держал в руках, веером вылетела на землю.
— Ой, простите, я не нарочно! — быстро извинилась она, собирая листовки в кучку и прижимая к себе.
— Да ничего. Вам помочь? — предложил Морж. Ведь то, что он бедняк, ещё не значит, что он не может быть джентльменом.
Он поднял одну из листовок и удивлённо узнал в ней прежние оскорбительные мотивы в адрес Спарты. Странно, не правда ли?
— Спасибо, я сама. Это из старой партии. Мне приказали её сжечь, так как вместо неё сделали новую, — быстро объяснила девушка, забирая листовку из его рук.
— Понятно. Тогда хорошего дня, — сказал Морж.
Он не услышал ответа, так как девушка уже спешила прочь с бумагами. — Странные пошли времена, ох странные, — проворчал про себя Морж.
А рёв со стороны ближайшей площади не утихал, но слова теперь были другие.
Новые:
— Лекарство для народа!
— Лекарство для народа!
— Лекарство для народа!
Глава 19
Всё прошло даже лучше, чем я рассчитывал! Наша ответная акция увенчалась полным успехом.
Об этом свидетельствовала толпа, собравшаяся на следующее утро возле вновь установленной палатки.
Что же мы сделали? То, что и планировали. Вмешались в нужный момент, перехватив управление.
«Слабым звеном» по выводам наших специалистов тайных операций оказались кураторы.
Их было всего двое, и они передавали информацию остальным.
На пути они встретили симпатичную, но ужасно рассеянную служанку, которая, вот незадача, потеряла кошелёк, полный е-баллов.
— Моя Госпожа меня убьёт, — причитала та, — он упал где-то здесь в переулке. Вы не поможете найти?
Не знаю, что двигало двумя кураторами, благородство или алчность. Но в переулке вместо кошелька они встретили Третьего и вскоре легли «отдыхать».
Едва прибыв в Вавилон, я исправил своё упущение и Третий получил 20-й уровень и все причитающиеся с ним характеристики.
Так что низкоуровневых уличных горлопанов он вырубил молниеносно.
Их оставили отдыхать в закрытом салоне красоты Хрюши.
А в их облике к агитаторам отправились Биба и Боба.
Два брата-акробата провернули всё идеально. Да и никому в голову прийти не могло, что человека просто можно подменить неотличимым двойником.
Вместо того чтобы критиковать Спарту, теперь от агитаторов требовалось восхвалять нас и славить наше лекарство.
Встреча с каждой группой проходила отдельно, так что никто из них ничего не заподозрил. Да и кто будет возмущаться, если деньги по-прежнему платят⁈
Новые листовки отпечатали заранее по моему заказу в том печатном доме, который готовил агитационный материал перед поединком Пирры.