Не говоря уже о том, что уж больно сильно их недовольство. Вон, даже палки и камни в руки берут.

Следовательно, пора кончать с этим цирком.

— Ребята, вяжите их, — командую я. — С теми, кто не будет сопротивляться, поаккуратнее.

— Есть, Мой Лорд! — единогласно отвечают фалангисты с валькириями.

И в следующую секунду начинается скоротечная игра в салки.

Красота!

* * *

Поимка и пленение новичков прошли без особых трудностей. В конце концов, что могли противопоставить низкоуровневые игроки моим солдатам двадцатого уровня?

Половину из этой чёртовой дюжины мы связали, как миленьких. Лишь Пола и ещё шестерых оставили свободными, просто попросив присесть и выслушать меня.

Когда же ко мне привели ещё недавно возмущавшихся новичков, я снова завладел всеобщим вниманием.

— Итак, дамы и господа, позвольте мне представиться как следует. Меня зовут Лорд Шурик, а вот мои солдаты, — я показываю в сторону гвардейцев. — Никакого шоу больше нет. И дело даже не в том, что оно закрылось. Наша планета исчезла!

— Н-но как это возможно? Где мы тогда находимся? — недоумевает Эндрю. Пол успел подсказать мне его имя.

— А вам разве не объясняли в самом начале, что Земля погибла? — спрашиваю я. — Мне кажется, подобный «брифинг» проходил абсолютно у всех.

Действительно, сколько мы не встречали новичков, тех, кто не знал о существовании Системы, нам пока не попадалось.

— Было что-то, — хмурится одна из девушек, — но мы думали, что это такая «легенда» нашего шоу. Мол, «мир погиб, и теперь вы должны выживать».

— Ну-ка, рассказывайте, что у вас тут случилось? — тоже присаживаюсь на одно из брёвен я, — и не всё сразу! Давайте по порядку.

После их рассказа я ребятам даже посочувствовал. Не то, чтобы прям сильно переживал за них, но «попали» они знатно.

Эти двенадцать парней и девушек прошли пробы на участие в телешоу про выживание на необитаемом острове.

И надо же случиться такому совпадению, что они как раз ожидали заброски на место съемок, когда всё и случилось.

Так что своё неожиданное перемещение они связали с чудом высоких технологий.

На самом деле, я их понимаю. Куда легче поверить в невидимые камеры и непреодолимые стены, чем в то, что вся планета погибла, а они после этого остались жить.

— Ну что, ребята, — обращаюсь к ним, дослушав рассказ. — У меня для вас куча новостей. А хорошие или плохие, это уже вам решать.

И я в достаточно кратком пересказе сообщаю им про гибель мира, про развитие поселений, войны, рабство, степняков и, наконец, про самый прекрасный полис в новом мире. Разумеется, про Спарту.

* * *

— И что теперь с нами будет? — с тяжёлым вздохом спрашивает меня одна из девушек.