Чудовище целится только в девушек, игнорируя мужчин. Получается, что осьминог не только извращенец, но и сексист.

Значительно лучше с обороной справляются валькирии. Хотя выглядит это, честно говоря, странно.

Не оборона, а какая-то игра в догонялки, причём воительницы вовсю дразнят похотливого монстра, показывают ему язык, некоторые употребляют и более неприличные жесты и выражения, от которых у меня уши вянут.

Тентаклевый спрут мечется во все стороны как кот, которого дразнят бантиком на верёвочке, и возмущённо хрюкает, пытаясь поймать своими щупальцами проворных воительниц.

Но валькирии, когда эффект неожиданности пропадает, успешно уворачиваются от его атак. Всё-таки ловкости им не занимать.

Наконец, возмутившись до глубины души одним из словесных пассажей женского коллектива, спрут оставляет эту затею и целиком сосредотачивается на нашем лагере.

Одна за другой палатки рушатся под натиском его щупалец, а затем исчезают в бездонной пасти осьминога.

Его интересует не только преследование девушек, но и наполнение своего желудка.

Поняв, что не сможет достать валькирий, монстр начинает активно «пылесосить» палатки.

Словно ему разбили сердце, и он теперь заедает стресс.

Лагерь тварь ломает с отчаянной злобой, пожирая не только припасы, но и ткань палаток, доски…

Даже небольшой запас древесины, которую подготовили для строительства верфи, оказывается в его бездонном желудке.

После бесчинства спрута побережье выглядит так, словно здесь никогда не было никакого лагеря и вообще не ступала нога человека.

Мы наблюдаем за этим с безопасного расстояния.

Потерь с нашей стороны нет, если не считать морального ущерба. Разве что пара ссадин у тех валькирий, которые первыми попали под раздачу.

Ну и про имущественный ущерб забывать не стоит.

Уничтожив наш лагерь, спрут, медленно переваливаясь ползёт к морю. Видно, как он заметно отяжелел.

За ним уходят в воду и раки-затейники. При этом они воинственно трясут своими панцирями.

Словно говоря нам «Ну чё выкусили⁈ Нечего нашу поляну трогать»!

Туша спрута медленно погружается в воду. Но перед тем как окончательно, эта дрянь поднимает щупальце и посылает в нашу сторону воздушный поцелуй!

— Ах ты скотина! — кричит ему вслед одна из недавно пленённых валькирий. — Да после этого всего ты на мне жениться обязан!

И остальные поддерживают её возмущёнными криками.

Кислые лица фалангистов при этом стоило видеть. Даже десяток съеденных лимонов не сравнится с теми гримасами, которые они состроили.

И я их прекрасно понимаю!

Если раньше я ничего особенного не чувствовал к этому спруту-затворнику, то теперь я определённо намерен его пустить на деликатес!