Убедившись, что больше нет вопросов, требующих моего личного присутствия, я отправляюсь отдыхать.

Только сейчас я в полной мере понимаю, насколько напряжённой была поездка в Милан.

Денёк-другой мне определённо не помешает поспать и предаться восстановлению духовных сил!

* * *

— Итак, начнём совещание, — сообщил Дрейк, осмотрев собравшихся в каюте.

Всего их было четверо.

Сам Дрейк, капитан «Хрюши», Коготь — рулевой, Фортуна — начальница «боевых тюленей», а также Ларец — лейтенант морской пехоты, которая была отобрана для экспедиции.

Молодой ещё совсем парень с непослушными рыжими волосами и лицом, полном веснушек. Однако, несмотря на свой возраст, Ларец оказался достаточно находчивым парнем, за что и стал сначала сержантом в тренировочном лагере, а затем и возглавил двадцатку бойцов первого отряда морской пехоты.

Сейчас им предстояло решить судьбу дальнейшего плавания.

Уже неделю их судно бороздило морской берег, изучая и картографируя в меру своих возможностей прибрежные территории.

Дело это было непростым и достаточно изматывающим.

Приходилось проводить расчёты, чтобы максимально точно передать масштаб и контур берега.

Тем более, что не везде удавалось приблизиться вплотную.

В открытом море кластеров просто не существовало, позволяя двигаться в любом направлении, но вот у самого берега начинались проблемы в виде невидимой стены, окружавшей кластеры.

В отдельных местах судно могло подходить к берегу, но везде его встречали отвесные скалы с мощными волнами, разбивающимися о камни.

Тут не только лодку, но и даже одиночного пловца отправлять было самоубийством. Его моментально расплющило бы в лепёшку.

Но уже по возможности подплыть было понятно, что прибрежные кластеры в этих местах открыты.

А вот в других все прибрежные воды были огорожены границей и галере приходилось снова уходить в море.

Конечно, Дрейк мог использовать предоставленную Лордом Шуриком «открывашку» в любой удобный момент, но капитан не желал просто так тратить драгоценный артефакт.

И вот сейчас их плаванье подходило к логичному финалу.

Запасов провизии хватит ещё примерно на неделю, край — на десять дней, после чего их всех ждут голод и мучительная жажда.

Дорога обратно до бухты Уилсона при прочих равных займёт с неделю.

Значит, им следовало или развернуться здесь и сейчас, или же рискнуть, продолжив плавание дальше вдоль морских берегов.

— Я считаю, что мы не можем останавливаться, не достигнув абсолютным счётом ничего! — так рьяно воскликнул Коготь, словно не могло быть и иной точки зрения.

— Ага, а через семь-десять дней ты так же будешь громко будешь говорить о долге и прочем, когда сил не будет даже весло поднять? — фыркнула Фортуна.