— Почему бы и нет, — Стайса командует своим отступить, и они выполняют с синхронностью механических игрушек, — я жду тебя, Лорд Шурик!

Что делать? Шарахнуть по ней молнией, просто на всякий случай? Развязать войну первому?

Даже если получится убить с первого удара, её последователи кинутся мстить. Нас пятеро, против пяти. Я уверен в победе, но кто знает, обойдётся ли без жертв с нашей стороны.

А если не получится? Вдруг выживет? Кто знает, какие козыри у неё в рукаве? Тогда война может и не оказаться такой лёгкой.

Единственной причиной, почему я легче всего сопротивляюсь влиянию Стайсы и не летаю среди розовых облаков, я вижу в высоких показателях Воли.

Она самая моя прокаченная характеристика. Причём, в неё я не вкладывал ни одного очка при повышении уровня. Сначала мне помогла с этим Хрюша, когда пыталась меня не то соблазнить, не то выбесить. Потом тренировки с Чёрти-что.

Теперь моя Воля достигает 18 пунктов. Если уж я не устою во время переговоров, то после нам всем просто ловить нечего.

Перед тем как уйти, возвращаю магическую книгу Мыши. Теперь она способна не только пугать своей магией.

Мышь и Хрюша окрысились на появление Стайсы особенно сильно, так что удара в спину я не опасаюсь. Первым делом огонь полетит в жрицу с задранной ЧСВ, точнее Харизмой.

Но, на всякий случай, отвожу в сторону Малого и говорю ему:

— Присмотри за магичкой.

Тот удивлённо смотрит на меня, а потом проводит пальцем по горлу.

— Да, если сорвётся с узды, — подтверждаю, — уверен, что этого не случится, но всё же присмотри.

После этого инструктирую Мышь. Подробно, требуя, чтобы она сама повторила, то что поняла. Потом объясняя ещё раз.

— Если меня схватят, убивай Стайсу, — говорю, — если я резко побегу обратно, убивай Стайсу. Если я после разговора пойду не обратно, а в их сторону — убивай Стайсу. Во всех случаях, первая молния в неё.

Мышь хмуро кивает.

— И помните. Они — враги, — обращаюсь ко всем. — Потенциальные, невероятно опасные, но враги. Что-то пойдёт не так, неважно что, — не жалеем никого. Сейчас рисковать я категорически не намерен. Ни собой, ни вами, ни Спартой, в целом. Хороший враг — мёртвый враг. Вы поняли?

Я спускаюсь по лестнице и не торопясь, вразвалочку иду к Стайсе. Она спокойно и с улыбкой ждёт. Небрежно прохожу по тропе между нашими ловушками. Если её носильщики пойдут в атаку, то часть из них найдёт свою смерть на заострённых кольях.

Михалыч совершенствуется, и даже я с трудом замечаю границы опасных участков, хотя сам помогал их строить. Поверх ловушек покачивается трава, и цветут ромашки. Вот этот холмик взрыл кабан-вожак, когда выпрыгивал из ловчей ямы. Почему-то мне кажется, сейчас к нам пожаловал враг более опасный, чем кабанье стадо.