— Истинный брак, — радостно сказал священник. — Вижу, дети мои, что ваше решение было правильным. Благословение Богини получает лишь одна пара из множества. В нашем Храме такого давно не было.

Джулия и без этого была уверена, что их решение — единственно верное. И то, что благословение Богини сделало их брак нерасторжимым, позволяло ей привести домой мужа и гордо сказать: «Я теперь не в вашей воле, папа, я теперь инора…» И тут Джулия поняла, что ничегошеньки не знает о своем муже, даже имя его осталось для нее тайной.

— Кстати, — небрежно заметила она, — меня зовут Джулия.

— Маттео, — улыбнулся он. — Забавно, что мы познакомились только после того, как поженились.

— Главное, что мы все сделали правильно, — уверенно сказала Джулия и счастливо вздохнула, беря мужа под руку. — Маттео, какое замечательное имя. Уверена, что наша фамилия будет ничуть не хуже.

— За фамилию тебе точно не придется краснеть, — ответил он. — Монтанари — древний род.

— Монтанари? — переспросила Джулия, почувствовавшая, что что-то пошло неправильно. — Герцоги Монтанари?

— Да, — просто ответил ее муж.

Перед глазами Джулии встало замечательное свадебное платье, которое ей так и не довелось надеть, а в ушах зазвучал заливистый серебристый смех, исходивший, казалось, от самой статуи Богини. Джулия укоризненно на нее взглянула: такие шутки не слишком хороши, когда касаются лично тебя.

— С другой стороны, — философски заметила она, — не поженись мы сейчас, завтра ты был бы в армии, и свадьба не состоялась. Так что все правильно.

Маттео недоумевающе на нее посмотрел. Ему еще предстоит узнать, что он никакой не бунтарь, а вполне послушный родительской воле сын. Но иной раз ей так приятно повиноваться!