— Ничего себе размерчик, — присвистнул Заваров, глядя в иллюминатор.

— Агломерация почти в полтора раза больше нашей московской, — добавил Алейников. — Впечатляет.

И он был прав. Даже я, повидавший в своей прошлой жизни немало мегаполисов, был впечатлён масштабами мексиканской столицы. В 1986 году Мехико переживал настоящий демографический взрыв, и это было видно даже с высоты птичьего полёта. Город словно растекался по долине между вулканами, поглощая всё новые территории. Современные районы с широкими проспектами и стеклянными башнями соседствовали с густонаселёнными кварталами, где крыши домов сливались в сплошное покрывало терракотового цвета.

Самолёт пошёл на посадку, и через несколько минут мы уже выходили из аэропорта Бенито Хуареса. Первое, что бросилось в глаза, смог. Плотная серая пелена висела над городом, и дышать было действительно тяжело. Воздух казался густым, вязким, с металлическим привкусом выхлопных газов.

— Высота две с лишним тысячи метров, плюс выхлопы от миллионов машин, — объяснил наш гид, мексиканец по имени Карлос, говорящий на неплохом русском. — Привыкните через час-два.

— Как здесь вообще можно жить? — поморщился Беланов, прикрывая нос платком.

— Мы с детства привыкли, — улыбнулся Карлос. — А для вас это действительно непросто. Но зато какой город! Увидите сами.

Автобус вёз нас через центр города, и я с интересом рассматривал мексиканскую столицу середины восьмидесятых. Здесь было всё иначе, чем в относительно провинциальном Леоне. Широкие проспекты, по которым нескончаемым потоком ползли автомобили всех мастей, от новеньких американских седанов до древних «фольксвагенов-жуков», ставших символом мексиканских дорог. Между современными зданиями из стекла и бетона то и дело проглядывали старинные особняки колониальной эпохи с их характерными каменными фасадами, резными балконами и внутренними двориками.

Контраст был разительный, XX век соседствовал с XVI. Офисная башня в стиле модернизма могла стоять рядом с барочной церковью, а современный торговый центр соседствовать с особняком, помнящим ещё времена вице-королевства.

— Мехико построен на месте древнего Теночтитлана, столицы ацтекской империи, — рассказывал Карлос. — Испанцы в 1521 году разрушили город до основания, а потом построили на его месте свой. Поэтому здесь каждый камень хранит историю.

Я знал эту историю, но слушать её здесь, на месте событий, было особенно интересно. Эрнан Кортес и его конкистадоры, падение великой империи ацтеков, начало трехсотлетнего колониального периода. Всё это происходило прямо здесь, под нашими ногами. Под асфальтом современных улиц покоились остатки пирамид и дворцов, каналов и храмов величайшей цивилизации доколумбовой Америки.