Рядом стояла реконструкция ацтекского храма в натуральную величину. Крутые ступени вели на вершину пирамиды, где когда-то совершались жертвоприношения. Стены были покрыты рельефами — змеи, орлы, воины в перьевых уборах.

— Каждое утро жрецы поднимались по этим ступеням, чтобы встретить восход солнца, — рассказывал экскурсовод. — Они верили, что если солнце не накормить кровью, оно не взойдёт.

В витринах лежали золотые украшения, керамика и скульптуры. Золотые маски работы настолько тонкой, что казались сделанными вчера. Нефритовые статуэтки, отполированные до зеркального блеска. Обсидиановые ножи, острые как бритва.

Особенно меня поразилзал майя. На стенах зала были развешены огромные фотографии руин городов Чичен-Ица, Паленке, Тикаль. Пирамиды, возвышающиеся над джунглями, дворцы с искусной резьбой, обсерватории для наблюдения за звёздами.

— Жалко, что испанцы столько уничтожили, — вздохнул Беланов. — Сколько рукописей сожгли, сколько храмов разрушили.

— Из тысяч рукописей майя сохранилось только четыре, — добавил экскурсовод. — Остальные сжёг епископ Диего де Ланда в 1562 году. Он считал их дьявольскими книгами.

В витрине лежала копия одной из уцелевших рукописей Дрезденского кодекса. Странные иероглифы, изображения богов и жрецов, календарные таблицы. Эта письменность была расшифрована только в XX веке, и многое до сих пор остаётся загадкой.

Мы провели в музее больше двух часов, но это была лишь малая часть экспозиции. Можно было бы ходить здесь неделями, изучая эти удивительные цивилизации. Ольмеки с их гигантскими каменными головами. Сапотеки с их гробницами в Монте-Альбане. Тольтеки с их Пернатым Змеем. Миштеки с их искусными золотыми украшениями.

— Знаете что поразительно, — сказал я, когда мы выходили из музея, — все эти цивилизации развивались совершенно независимо от Старого Света.

— А потом пришли испанцы с ружьями, — заметил Алейников.

— Не только с ружьями, — возразил Карлос. — С болезнями. Оспа, корь, тиф убили больше индейцев, чем все мечи конкистадоров.

К вечеру мы устали от экскурсий, и смог стал особенно ощутимым, дышать становилось всё труднее. Карлос повёз нас ужинать в традиционный мексиканский ресторан в районе Койоакан, старинном пригороде, который теперь стал частью огромного мегаполиса. Здесь сохранилась атмосфера колониальной эпохи: узкие мощёные улочки, одноэтажные дома с яркими фасадами, уютные площади с фонтанами.

Ресторан назывался «Casa de Toño» и располагался в старинном особняке XVIII века. Небольшое заведение с живой музыкой и аутентичной атмосферой. Толстые каменные стены, деревянные балки под потолком, глиняная посуда на полках. В углу зала стояла старинная каменная метате — зернотёрка, на которой до сих пор растирали специи.