Пауза. Он оглядел зал.

— Но за любым триумфом стоят конкретные люди. Люди, которые своим трудом, талантом, характером создают историю. И сегодня мы чествуем одного из таких людей.

Мой взгляд переместился на Стрельцова. Эдуард Анатольевич сидел неподвижно, лицо спокойное. Но я видел, как у него дрожат руки на коленях.

— Эдуард Анатольевич Стрельцов, — продолжил Романов, — тренер «Торпедо», воспитатель целого поколения футболистов, человек, который доказал: талант и характер сильнее любых обстоятельств.

Он сделал знак рукой. Помощник подал ему красную коробочку.

— За выдающиеся заслуги в развитии советского футбола, за воспитание спортсменов высшего класса, за вклад в укрепление международного престижа Советского Союза Указом Президиума Верховного Совета СССР Эдуарду Анатольевичу Стрельцову присваивается орден Ленина.

Зал взорвался аплодисментами. Стрельцов поднялся. Шел к сцене медленно, будто боялся споткнуться. Поднялся по ступенькам. Встал рядом с Романовым.

Генсек открыл коробочку, достал орден. Красная лента, орден с профилем Ленина. Самая высокая награда после Героя Советского Союза и Героя Социалистического Труда.

Романов прикрепил орден к пиджаку Стрельцова. Потом пожал ему руку. Крепко, долго. Сказал что-то на ухо. Стрельцов кивнул.

Аплодисменты не смолкали. Я сидел в зале, смотрел на сцену и чувствовал, как внутри все сжимается. Ком подкатывал к горлу так сильно, что дышать было трудно.

Стрельцов. Человек с самой сложной, самой трагичной судьбой в советском футболе. Талантливейший игрок своего поколения. Звезда, которая могла бы сиять еще ярче, если бы не то проклятое дело об изнасиловании.

Я знаю эту историю. Все знают. 1958 год. Накануне чемпионата мира в Швеции. Стрельцова обвинили в изнасиловании. Дело темное, непонятное. Давление сверху. Быстрый суд. Колония. Карьера сломана. Молодость в тюрьме. Возвращение в футбол уже в тридцать лет, когда лучшие годы позади.

Но он не сдался. Стал тренером, пусть сначала и молодёжи. Привел «Торпедо» к чемпионству. Помог сборной выиграть чемпионат мира как помощник главного тренера. А сейчас выиграл Кубок чемпионов.

И вот теперь, здесь, в этом зале, ему вручали орден Ленина. За футбольные заслуги. Это была реабилитация. Не юридическая, конечно. Дело не пересматривали. Приговор не отменяли. Но моральная реабилитация состоялась, она по сути началась уже давно и шла шаг за шагом, от кубка к кубку. Но сейчас финальный аккорд Признание того, что Стрельцов велик. Что его вклад в советский футбол неоценим. Что прошлое прошлое, а настоящее это триумф.