Я шел по стадиону, держал Кубок над головой и смотрел на трибуны. Люди кричали, махали флагами, вытирали слезы. Многие плакали открыто, не скрывая. Некоторые держали транспаранты: «СПАСИБО, СЛАВА!» «МЫ ТЕБЯ НЕ ЗАБУДЕМ!» «ТЫ НАВСЕГДА В НАШИХ СЕРДЦАХ!» «ПРОЩАЙ, КАПИТАН!»

Последний особенно резанул по сердцу. Прощай. Слово окончательное, бесповоротное. Не до свидания. Не до встречи. Прощай. Потому что мы действительно прощались. Я покидал «Торпедо». Покидал Москву. Покидал страну, которая стала мне домом. Родиной, если честно. Первая родина была в будущем. Но эта, советская, стала не менее важной, вернее нет. Более.

Хотя, если разобраться то она у меня одна. Что СССР, что РФ будущего, которое наверняка уже будет другим и скорее всего в нём не будет никакого развала. Всё это моя Родина, моя страна, мой дом. Идя по беговым дорожкам, дурацким беговым дорожкам Лужников и смотря на лица людей которые скандировали моё имя, я отчётливо понимал что дом он вот. Он здесь, В Москве, в России, как бы она не называлась. А Барселона, или куда там меня занесет после каталоноского клуба это так, командировка, после которой я в любом случае вернусь сюда. Домой.

Я останавливался через каждые несколько метров. Поднимал Кубок выше. Кричал что-то трибунам. Они отвечали ревом. Мы общались на языке, который не нуждался в словах.

Заваров шел рядом молча. Лицо серьезное, задумчивое. Он тоже понимал, что это прощание. Он тоже чувствовал тяжесть этого момента.

Мы прошли весь стадион. Вернулись к центру поля. Овация не смолкала. Люди не хотели отпускать нас. Хотели, чтобы этот момент длился вечно.

Я поставил Кубок на подставку. Посмотрел на него последний раз. Через несколько часов он уедет в музей, благо что он у нас теперь есть. Или в кабинет директора «Торпедо». Или в какое-то другое место. Но сейчас он был здесь, на поле, на солнце, окруженный любовью тысяч москвичей.

Я не забуду это никогда.

* * *

Вечером мы сидели дома за большим столом. Мама, папа, Катя, сестра Оля с мужем. Простой семейный ужин в обычной московской квартире с окнами на Садовое кольцо

Стол ломился от еды. Мама готовила весь день. Борщ, пельмени, картошка с грибами, салаты, пироги. Все любимое, все домашнее. Запахи наполняли квартиру, смешивались, создавали атмосферу уюта и тепла.

Мы ели молча первые минут десять. Просто ели. Наслаждались вкусом, теплом, домом. Потом постепенно начали говорить. О финале. О встрече. О том, как это было.

Катя сидела рядом, держала меня за руку под столом. Иногда сжимала пальцы сильнее. Я поворачивался, смотрел на нее. Она улыбалась. В ее глазах была гордость, любовь, радость.