— Надо бы достать посуду… — произнесла я в тишине.

В посудной горке за стеклянными дверцами стоял голубой фарфор. Сомневаюсь, что тарелки из него хотя бы разок служили по прямому назначению, но, похоже, для сервиза пришел долгожданный день.

— Заодно фарфор обновим, — вздохнула я, понимая, что роль подавальщицы этим вечером отведена единственной девице.

Тарелки были расставлены, начищенные серебряные приборы легли на салфетки. Выглядело неплохо, пусть и разноперо.

— Мне говорили о знаменитом истванском гостеприимстве, — проговорил мэр, явно льстя Иствану и его гостеприимству. — Вы всегда так щедро встречаете гостей?

Ответ вырвался помимо моей воли и здравого смысла:

— Вам не повезло нарваться на романтический ужин.

Калеб, разливающий по бокалам вино, на мгновение замер и пронзил меня острым взглядом.

— Почему не повезло? — естественно, не смог промолчать Боуз.

— Готовить заставили меня.

Мэр, едва-едва собравшийся снять пробу с основного блюда, аккуратно отложил вилку и вытер чистые губы салфеткой. Видимо, он был наслышан о том, что вменяемый человек поостережется есть еду, приготовленную темной ведьмой.

— А это плохо? — приставал его помощник, нарываясь на проклятие немоты. — Унижает ваше достоинство?

— Я не умею готовить, — вынужденно призналась, стараясь не замечать, как недоумение в глазах Калеба, поблескивающих в неровном свете мускусных свечей, меняется натуральным восхищением.

— Госпожа чародейка, вы сегодня на редкость открыты миру, — конечно же прокомментировал он. — В еду что-то добавлено?

— Морской огурец, — призналась я. — Мне пришлось смотреть на него вживую. Незабываемое зрелище, и эффект у него тоже интересный.

— А какой? — громким шепотом все-таки спросил Боуз.

— Укрепляет мужской дух. Как понимаете, мне неактуально.

Секретарь мигом положил себе морского коктейля, приправленного острым соусом, и принялся энергично жевать. Мэр Хардинг ради осторожности все-таки подождал, внимательно следя за секретарем, а потом снял пробу. Выдающаяся челюсть ходила в попытках прожевать жесткие креветки. Как я и предсказывала, все напряженно ели и беседа совершенно не клеилась.

Неожиданно дверь распахнулась, и в столовую ввалилась Люси с кувшином какого-то напитка в руках. Кто-то нарочно толкнул ее в спину для придания ускорения и экономии времени.

— Ой! — охнула она.

Мужчины за столом обернулись к нежданной гостье и как по команде поднялись, выказывая совершенно потрясающие манеры. Разве что Боуз замешкался, словно споткнулся о мысль, нужно ли ему быть вежливым, но все-таки отодвинул стул, встал и, копируя начальство, заложил руки за спину. Его щека была оттопырена каким-то куском.