И все решившая тогда поддержка во время битвы в порту по новому плану мне от Охотников тоже больше не требуется.

«Да, как-то не сходятся наши пути, как в итоге разошлись в тот раз! Получается, тоже не случайно так оказалось, а предначертано самой судьбой», — напоминаю я себе.

С судьбой не поспоришь, как я уже убедился. Если все же попробуешь подобное сделать, она тебя озадачит гораздо серьезнее, чем должно было случиться ранее.

Вот только немного вмешаться, кажется, вполне возможное дело.

Дать Грите счастливую возможность отправить в мучениях на тот свет подонка, а не просто отправить его в каземат — вроде, вполне нормально сработало.

Если, конечно, подонок не припомнил, что я как-то очень сильно его ударил по голове. И потом мы в уже беззащитно лежащего выстрелили из арбалета, прямо из двух рук, да еще в такое подлое место для каждого мужика.

Я, кстати, поинтересовался у Гриты, стоило ли поступить именно так или хотя бы не с такими муками перед смертью для подонка-астрийца, а вместо этого просто наповал застрелить подонка на месте.

На что она мне ответила, что сбылась главная мечта ее жизни — вот именно так позволить себе поступить с насильником, она теперь благодарна мне на всю жизнь. Потом достаточно так загадочно намекнула, если бы подобное произошло с еще одной тварью в человеческом облике, то она стала бы моей сексуальной рабыней навсегда.

Что же, я такое признание запомню и попробую преподнести ей данный подарок.

Рыбешка на столе закончилась, подвода с Рыжими, бдительно зыркающими глазами из-под лохматых бровей, прогрохотала мимо меня, Охотники тоже прошли рядом, радуясь возвращению в родной город без потерь. Я допил свой напиток, вернул чашку торговцу и не спеша пошел за маленькой колонной, держась на солидном расстоянии.

Около усадьбы Рыжие также рассчитались с Охотниками, опять не доплатив денег. Сколько не доплатили в этот раз я, конечно, не услышал. Но понял отчетливо по их возмущенным лицам, что на договор Рыжие забили и Охотников просто цинично послали.

«Что же, уроды они всегда такие уроды и, к счастью для меня, вообще не меняются», — откровенно радуюсь я.

Теперь уже и не успеют, даже если очень захотят, что меня снова очень радует.

С высоты своего номера я разглядел счастливую суету в усадьбе Рыжих уродов, осторожнейший занос бочек в дом и быстро выгнанную со двора подводу, в которой пропала теперь всякая надобность.

Сам сходил в мастерскую, огорошил Крипа тем, что беру отпуск на несколько дней, пока они будут справляться с заказом без меня. В мастерской жизнь кипит, на двух верстаках собирают арбалеты, один родственник Крипа нарезает болты и гайки, уже в двух номенклатурных позициях. Одни — поменьше на арбалеты, вторые — побольше на подводы. Благо требуется данного чуда небывалого технического прогресса все больше и больше нашей мастерской, настолько они упрощают процесс сборки всех изделий.