Потом они вместе поливают дрова и сами тела из длинного горлышка кувшина под поднявшийся плач и крики женского населения клана.

Старший, стоя почти прямо над покойниками, поднимает вверх руки, как-то напрягается, между его ладоней вдруг проскакивает искра, и тут же на мертвые тела сходит огонь, который очень быстро охватывает всю поленницу и самих покойников.

Эффектное и завораживающее зрелище, я пока так не могу повторить, есть все же у клана Разноцветных камней свои магические секреты.

— Этак дрова быстро прогорят, пора мне выходить на сцену, — бормочу себе я и возвращаюсь обратно.

Через десять минут уже подхожу к месту возможной засады, но поиск, брошенный вперед, не находит никого около прохода. Кажется, Рыжие убедились в том, что тайный соглядатай трусливо ушел, поэтому сейчас все вместе собрались около костра, прощаясь с братьями.

«Вот и чудесно, не придется бегать за отдельными умниками, накрою всех разом в одном месте», — радуюсь я про себя.

Ставлю купол вокруг себя, кладу одну руку на Палантир в нагрудном мешке, его могучая сила сразу же готова исполнить любое мое желание. Пока я обращаю ее на укрепление своей защиты, ведь сколько осталось Магов среди Рыжих и какого они вообще уровня, я даже близко не знаю, поэтому не собираюсь рисковать напрасно.

Пусть они все первого-второго уровней, вполне возможно, тогда они умеют бить умениями одновременно, смогут меня чем-то удивить нешуточно.

«А я удивляться как-то очень не хочу!» — говорю себе.

Я и так бы не проиграл в прямом противостоянии со всем кланом даже без дополнительной поддержки. Все же разница в магической силе между нами слишком огромная. Но сейчас собираюсь переехать Рыжих уродов катком своей мощи, даруемой мне Палантиром.

Прохожу через дыру в скалах и вижу, как все Рыжие собрались перед огромным костром, где, взявшись за руки, напевают что-то на своем грубом гортанном языке.

Поднявшись еще немного по склону, я отчетливо понимаю, что подоспел сюда в самый удачный момент. Выступ, на котором сейчас полыхает костер и стоят в три ряда члены клана, со всех трех сторон огражден обрывом. Поэтому теперь я просто закрываю ловушку, в которую они все вместе попались, просто подойдя с четвертой стороны.

«Изящный и элегантный момент, чтобы захлопнуть крышку гигантской крысоловки», — есть и такое сравнение у меня.

Камни хрустят под моими ногами, но шум от ревущего костра стоит такой, что никто меня не слышит. Поэтому только лошадь, по-прежнему запряженная в подводу, поднимает голову от торбы, подвешенной перед ней, и задумчиво глядит на меня.