— Ага. И, что ты тогда порекомендуешь, уважаемый Ивидурим? Как вырвать ядовитые клыки у измены? — я отношусь к намеку мажордома серьезно.

Хочет ли он просто отомстить своей старой противнице, чтобы наказать ее и убрать из замка? Или все точно так и обстоит — я подобное легко проверяю парой наводящих вопросов.

Очень хорошо и легко быть Вашей Милостью, которому опасаются врать. Когда ты видишь всех на просвет и в каждом слове различаешь преднамеренную ложь.

— Очень просто, Ваша Милость, господин сэр рыцарь Прот. Убрать отсюда и отправить жить в деревню. А там или степняки решат проблему, или баронесса со временем смирится…

Мажордом немного помолчал:

— В любом случае, вредить вам, ваша милость, и мне тоже оттуда у нее будет очень мало возможностей.

Видно, что мажордом рассчитывает больше на степняков. Заранее понимая, что уцелевшие немногочисленные мужики в деревне будут первым делом спасать свои семьи, а не низложенных бывших правительниц, когда придет время большого шухера.

А он неизбежен в каком-то скором времени, как только вожди степняков получат мои предложения. И сразу соберут немалые силы для проверки рассказа о тотальном избиении нескольких сотен своих собратьев под стенами совсем рядового замка. Каким-то сильно непонятным способом для здешних земель.

Поэтому вчера прошло выселение бывшей хозяйки с дочерями в ближайшее село. Просто посадили на телегу с кое-каким барахлом, милым их сердцам, и вывезли за ворота. Без скандала не обошлось, криков и проклятий было множество, как воды в замковом колодце.

Мы бы точно утонули в них, если бы я не приказал завязать рты и скрутить руки сзади всем дворянкам сразу после начала выселения. Что моя новая замковая стража с удовольствием исполнила, воплотив свою крестьянскую вековую мечту — как следует пощупать дворянок в процессе наложения пут, пока позволяет текущий политический момент.

Дочери оказались в мать, крупноватые телом и несимпатичные внешностью девки, весьма сильно и разнообразно ругавшие эту проклятую сволочь — новую Вашу Милость, поэтому никаких угрызений совести у меня не оказалось. Все их верные прислужницы отправились на той же телеге вместе с ними в изгнание, эти уже без громких возражений.

Вместо них тут же прибыли несколько молодых девок из села, довольные новым местом работы. Поближе к начальству, бравым военным и замковой кухне без тяжелого крестьянского труда просто за еду.

Дорога до подножий Храма заняла у нас два дня вместо трех. Благо, все добро для комфортного похода везем на паре степных лошадей. Мелкие юркие скотинки проворно пробираются между деревьями и кустами, стараясь поближе держаться к новым хозяевам в страшном для них лесу. Тем более тут сильно пахнет смертью и хищниками, поэтому лошадки не отстают и не пытаются саботировать процесс.