Какое же у них оказалось потрясение, когда он позвонил с незнакомого номера и объяснил, что скоро приедет в Питер. Во Владикавказе вставил симку в новый телефон, потом уже звонил со своего номера, старый айфон так и не ожил по итогу.

Объяснить свое исчезновение Брат так и не смог, рассказывал, что шел, упал, потерял сознание, очнулся — вокруг уже Владикавказ!

Родители долго обижались и не хотели слушать его объяснения, год назад помирились только окончательно. Сестра тоже ругалась и кричала, что он ей жизнь на десяток лет укоротил, пришлось извиняться и говорить, что ничего не помнит.

— Она уже под целую сотню разных конспирологических версий придумала, крутящихся обязательно около баб и наркотиков. Все это принимается в немереных количествах в моем конкретном случае, — улыбается, вспоминая про подобные наговоры, Брат.

За разговорами мы дошли до знакомого мне домика, уже разрушенного, без окон и дверей, где я встретил когда-то очень упрямого мужчину Зураба. Потом добрались по очень заросшей дорожке до проселочной дороги и по ней прошли пару километров, пока телефон Брата не поймал сеть и не получилось вызвать знакомого грузина из Они.

Он приехал через полчаса на праворульном микроавтобусе, настроен мужчина оказался довольно мрачно и не особо общается с разговорчивым Братом. Как тот не пытался с ним поболтать по моему совету.

На прощание, около заграждений, перекрывающих разрушающуюся асфальтированную дорогу, когда Брат передал ему пару сотенных зеленых бумажек, я как бы ненароком спросил местного:

— Не знаете, не проезжала полиция к границе сегодня? Не будет там засады?

Он хмыкнул и раздраженно ответил с сильным акцентом:

— Откуда я знаю, я тут не стою весь день, — сел в машину, хлопнул дверью и принялся эмоционально разворачиваться.

— Что, нас ждут? — понятливо спросил Брат, и я ответил:

— Да, сто процентов, он соврал и что-то точно знает про похожую засаду.

— Ну, не проблема, откупимся от полиции, — заявил Брат.

— Не спеши, может там и не полиция. Сколько до осетинской стороны?

— До первого поселка с пять километров, за час дойдем. До границы с километр.

— Не дойдем так просто, отсюда я не чувствую никого, но по дороге тогда не пойдем, пойдем вдоль, чтобы не на виду оказаться. Ждать перед границей точно будут. Может так случиться, захотят тогда забрать все, а у меня в рюкзаке драгоценностей на многие миллионы долларов. Ведь все самое дорогое собрал около Роковой горы и у Рыжих уродов. Не стоит так рисковать.

— Согласен, — хмыкнул Брат. — Тут без гарантий, могут попробовать ограбить. Когда увидят твой рюкзак, точно в живых не оставят. Еще и водителя потом убьют, чтобы не разболтал, кому такой жирный куш по итогу достался.