«Или не успели уехать? Помню, что переливание было, а потом… потом…», — в голове крутились какие-то обрывки мыслей, смутные образы, но соединяться в цельную картину они отказывались напрочь. Вновь разболелась голова, стала накатывать тошнота, а вместе с ней возникла сильная жажда. Неприятные ощущения накатывали, путали мысли, рвали связь с реальностью.

Кажется, я даже потерял сознание. Когда же очнулся, то увидел рядом с собой Лину, мою управляющую. Узнал я её не сразу, так как вместо привычных платьев девушка была одета в обтягивающие штаны тёмно-зелёного цвета с коричневыми и чёрными разводами, что-то похожее на свитер-водолазку того же колера, а с левого плеча свисал плащ, будто связанный из птичьего пуха всевозможных цветов, но в основе своей всё же было больше тёмных. Волосы прикрывал платок, завязанный по-пиратски. На ногах у управляющей были замшевые мокасины.

— Лина? — хрипло произнёс я. Даже скорее прошептал.

За время моего беспамятства произошли кое-какие изменения, а точнее — на мне появился амулет-переводчик.

Девушка услышала меня. Её губы искривились в злой усмешке:

— Файнаэльена Лойса из дома Пурпурного Шипа по прозвищу Чёрная Смерть.

Ко мне не сразу пришло понимание, что я уже слышал это имя и прозвище ранее. Прошла минута, прежде чем в тяжёлой голове родилась мысль-понимание-воспоминание.

— Хагха была права… и ты её убила за это.

— Права, да, — подтвердила эльфийка. — Но убила я её за другое. Эта человеческая подстилка отправила письмо своим соратникам, где упомянула про меня и попросила помощи в освобождении от рабской печати. Письмо я перехватила, но не уверена до сих пор, что то было одно. Пришлось девчонку прикончить и представить всё так, что во всём вина ошейника. Это оказалось совсем не сложно с её-то статусом чёрной рабыни. Удивительно, как шутят иногда боги: в одном месте очень далеко от своих домов сумели столкнуться два врага, которые знали друг друга. Да ещё враги, с которыми поступили их недоброжелатели одинаково, то есть, сделали бесправными безвольными рабынями…

— Как ты освободилась сама от кольца? Тебе кто-то помог? Ты сумела как-то обойти печать? — сквозь зубы спросил я, перебив её.

— Благодаря тебе, — девушка показала мне заколку из сундука, найденного в болоте. — Честно признаться, я боялась, что ты догадаешься про то, что эти украшения избавят меня от позорной печати. Я не смогла сдержаться и упомянула, что они лечат ауру, к которой и цепляется рабское заклинание.Но вы, иные, такие глупые. Ты даже не понял,что мне подарил.

— Почему ты не ушла сразу, как только избавилась от печати? Я же правильно понимаю, что на момент появления Хагхи ты уже не была рабыней и могла игнорировать мои приказы?