Король повесил орден на герцога, что-то тому сказал и вернулся на свой трон. Десткар после этого поднялся с колена, поклонился и, пятясь, спустился назад в залу ко всем.

— Вам стоит подойти поближе, ваша милость.

От неожиданности, засмотревшись на действо, я вздрогнул, когда услышал чужой голос над ухом. Обернувшись, я увидел всё того же глашатая, который недавно водил меняна урок этикета и назад.

— Следуйте за мной, — продолжил он и шагнул вперёд.

В сопровождении королевского посланца я прошёл сквозь толпу знати, как горячий нож сквозь брусок мягкого сливочного масла. На нас оглядывались, осматривали меня с головы до ног. Многие морщились, у многих на лицах застывало выражение задумчивости. За время, пока мы прошли несколько десятков метров, к королю поднялся ещё один герцог (к слову, из нашей же компании по распределению эльфийского жемчуга). Он, как и Десткар получил такой же орден. На этот раз я его рассмотрел, орден. Выглядел он как миниатюрный рыцарский глухой шлем с острым забралом, усыпанный драгоценными камнями.

Следующими награждёнными стали несколько маркизов, один опять же, из моих компаньонов. Он получил регалии герцога и дополнительные наделы к своему феоду. Второй маркиз, мне незнакомый, был облагодетельствован монархом даром в виде новых земель. Третий — аналогично. За ними пошли графы и виконты, которые получали небольшие подарки, которые больше значили в плане благоволения монарха, чем как ценная вещь.

Вскоре дошла и до меня очередь.

— Виконт Тэрский! — прокричал церемониймейстер. Кто-то мягко подтолкнул меня в спину, помогая справиться с внезапно возникшим волнением, которое едва не перешло в заторможенность.

— За заслуги перед королём и королевством, за уничтожение нескольких орд гоблинов из Пустого королевства, за спасение достойных людей от смерти виконт удостаивается титула графа! — зачитал мои свершения церемониймейстер, когда я встал на одно колено перед королевским троном и склонил голову. Краем глаза я увидел, как подошёл к королю паж с подушечкой, на которой лежали мои новые регалии. Через несколько секунд на моей голове оказалась корона, на груди повисла графская цепь вместе со старой цепью виконта.

Я сам не ожидал от себя того, что так сильно проникнусь ситуацией. От волнения я едва не перепутал порядок фраз и движений. Хорошо, что сенешаль заставил меня с десяток раз всё повторить. Нужные фразы срывались с моего языка и тут же забывались. И когда я вернулся обратно в толпу, то даже толком ничего не запомнил. А ведь мнил себя толстокожим. Оказалось, по воздействию на психику вот такое близкое знакомство с правителем куда как сильнее, чем даже смертельная стычка. Возможно, это из-за того, что впервые оказался удостоен столь пристального личного внимания правителя при значительном стечении народа да ещё во время такого события, как королевский бал.