* * *
Наш «переезд» в Англию состоялся в первых числах декабря 1981 года. Могли бы и раньше, но Гюнтера не устраивал домик, которой ему принадлежал в Лондоне и где когда-то проживал настоящий Штраус, которого подменил мой дед.
Вопрос с подходящим домиком новому статусу деда, являющегося дважды мастером магии и нашим с ним потребностям был найден в старинном городке на юго-западе пригорода Лондона, Ричмонде. Благодаря своей работе на поприще признанного ритуалиста и артефактора, дед обзавёлся многими полезными знакомствами среди служащих министерства магии и высшей аристократии Англии, что очень помогло ему споро подыскать нам приличный домик, который ранее принадлежал семье чистокровных волшебников, оказавшихся в полном составе жертвами прогремевшей недавно «гражданской войны». Дом уже находился в кадастровом реестре министерства магии и это позволяло нам оснастить его всем, чем только пожелаем, главное не применять при этом запрещённые разделы магии.
А сразу же после приобретения дома, дед принялся за его модернизацию и три дня колдовал над ним, дабы привести к тем же стандартам, что и наше маленькое поместье в пригороде Люцерна. Помниться, когда я только познакомился с особенностями нашего домика в Швейцарии, то был им до глубины души поражён и впечатлён, а ещё очень сильно восторгался гением и навыками специалиста, кто создал подобное великолепие и смог претворить в жизнь все эти технологические решения при помощи магии, явив миру шедевр артефакторики.
Теперь же мне доподлинно известно, что всё это сделал дед лично, без посторонней помощи. На момент приобретения дома в пригороде Лондона, на нём уже имелось самое разное зачарование, но Гюнтер снёс всё наносное предыдущими хозяевами дома и только после этого приступил к осуществлению своего проекта, дабы ему ничего не мешало. И во время своей работы над оформлением и оснащением дома необходимыми магическими прибамбасами, должные облегчить жизнь одинокому мужчине у которого на попечении малолетний ребёнок, я всё это время ходил за дедом хвостиком. Каждый отдельный блок массива чар создаваемый Гюнтером и артефакты его личного производства, благодаря которым наше владение в Ричмонде в скором времени сможет именоваться «умным домом» были не столь сложны для моего разумения и я со всей самоотдачей старался перенять каждое решение и хитрость в зачарование и создании используемых дедом специфических, бытовых артефактов, которые должны были обеспечить нас на долгие годы комфортом и удобствами.
Видимая, уже проделанная дедом работа в доме пригорода Люцерна, где мы проживали ранее, не давала мне ответов на то, каким образом Гюнтеру удалось связать все чары и артефакты в единою сеть под управлением общего ментального конструкта. Сейчас же мне открывались хитрости, благодаря которым это оказалось возможным. Очередность включения в общую сеть, нюансы ментальной среды управленческого контура, применение специальных зелий, которыми должны быть обработаны все твердые поверхности дома, после которых проводиться ритуал закрепления и единения, за счёт которого дом обретает астральную целостность и соответственно неделимость, благодаря чему уже включенные в его поверхность амулеты, артефакты и зачарование воспринимаются не отдельными, привнесенными, посторонними включениями, а словно родные свойства самого дома и ментальным блоком управления распознаются/воспринимаются как способности и характеристики самого строения, а не как отдельная единица замысловатой, сложной сети.