Оставив женщин в гостиной, я поднявшись к себе, первым же делом направился в ванну. Хотелось поскорее смыть себя весь тот «смрад» пережитого за сегодня. Сегодня мне впервые пришлось убить человека и не сказать прям, чтобы данный инцидент как-то сильно во мне хоть что-то всколыхнул, но всё равно приятного в этом было мало. А принятие прохладного душа, нахождение под проточной водой, очень положительно воздействовало на моё душевное равновесие, приводя то в баланс и гармонию.
Спать я ложился один, так как Дора всё ещё находилась внизу со своей мамой, но особо по этому поводу не переживал. Шалить сейчас у меня никакого желания не было, так что вполне себе спокойно мог обойтись без разврата на сон грядущий.
* * *
Новый день начался для меня с привычного пробуждения в объятиях супруги, которая проскользнула ко мне под покрывало только во втором часу ночи. Будить свою прелестницу я не стал. Решил, что сегодня она имеет право пропустить тренировку, а вот мне делать это категорически не рекомендуется. А всё потому, что с недавнего времени я вновь начал практику поглощения чернил своего фамильяра, тем самым увеличивая своё сродство с тьмой. И каждый такой сеанс поглощения концентрированной концепции тьмы, которой были чернила, причиняли мне неимоверную боль. Моя душа изнывала и корчилась в муках, но иного выхода как обезопасить себя на пути изучения магии теней я попросту не видел. Я поставил перед собой цель до наступления лета научиться перемещаться теневыми тропами и дабы повысить свои шансы на выживание в этом опасном измерении, мне нужно было максимально глубокое понимания сути данного энергетического плана. И помочь мне в этом могло лишь высокое родство с тьмой.
Привычным маршрутом, я переместившись в Альпы, на свой старый тренировочный полигон, первым делом провёл стандартный комплекс упражнений на гибкость, выносливость и силу. На физику было потрачено чуть больше получаса и только после того, как я следом, практически под самое донышко, спустил свои энергетические резервы (магический и астральный), я приступил к самому неприятному — поглощению чернил. Делалось это просто. Я погружал свой палец в сосуд с зачарованным горлышком защищённого силовым полем, которое не допускало возможности чернилам соприкоснуться с воздухом и поддерживало герметичность. Взаимодействие чернил с любой из сред, газообразной или жидкостью, мгновенно приводило к их рассеиванию. И если жидкость от такого контакта незамедлительно становилась непроглядной, то газообразная среда лишь небольшой пеленой хмари покрывалась, да и то только потому, что в воздухе присутствует небольшое количество водяного пара и, соответственно, от его количества зависла степень будущего затемнения воздуха.