— Эй… Ты вообще здесь, с нами? — Повторно попробовал включить своего друга в беседу Уильям, зачерпнув из под ног снега и кинув тому в лицо.
— Отстань… — Венсан еле сдержался, дабы не ответить Лорду Солсбери в грубой форме, утирая лицо от влаги, — Не видишь, думы думаю.
— И что же тебя так сильно беспокоит, что ты весь день нас игнорируешь? Или я чего-то не знаю?
Уильям конечно подозревал, чем мог быть так сильно озадачен Лорд Розье, но решил повременить и не озвучивать собственные догадки.
— А то ты не знаешь? Или хочешь сказать только мне вчера пришло письмо от Магнуса?
«Мда… А ведь письмо было ещё один тревожным и очень жирным намёком о нашей несостоятельности и некомпетентности».
Подумал Уильям, когда вспомнил вчерашний вечер и как он за столом в гостиной, где пил кофе и был занят просмотром заграничной прессы, вдруг неожиданно для себя обнаружил на журнальном столике письмо от Магнуса. Вся корреспонденция, которая поступает в манор Солсбери, в обязательном порядке проходит строгий учёт и проверку. И если газеты и прочие публичные издания перенаправляются домовыми эльфами в эту гостиную, в которой Уильям любил проводить вечера в уединении, то прочая деловая переписка попадает к нему на стол в кабинете главы рода. Понятное дело, что подобный инцидент вызывал вопросы и Лорд Солсбери сразу же призвал к себе старшего эльфа, дабы прояснить этот момент, но тот ничего не знал о письме и не представлял каким образом оно здесь оказалось.
В руки Уильям взял письмо только после тщательной проверки, загодя облачившись в защитную мантию и перчатки из драконьей кожи, а также наложив на себя чары воздушного пузыря. И какого же было его удивление, когда он ознакомился с его содержимым.
«Любезнейший Лорд Солсбери. Хочу уведомить Вас о том, что лица ответственные за покушения на меня и по вине которых жизнь Вашей наследницы оказалась под угрозой, мною устранены. Магнус Ларссен».
А как только Уильям его прочёл, спустя мгновение, письмо, которое он всё ещё держал в руках, и конверт, что лежал на журнальном столике, вспыхнули голубым пламенем и осыпались пеплом.
Таких знатных уколов он давненько не получал. И благо, что они являлись доброжелательными и исходили от близкого друга его наследницы. Его в прямом смысле ткнули носил и указали на уязвимость защиты манора. Каким-то невероятным образом оказавшееся в доме письмо, и не менее важное и существенное, что ему не удалось диагностировать на нём каких-либо чар и магических включений, говорило о многом. Он ведь думал, что касался простого пергамента, а он возьми, да и вспыхни. В общем, систему безопасности требовалось незамедлительно усилить.