Повисла пауза, Эйдан задумчиво смотрел на артефакты, Лаверди нервно сглатывал, видимо, и от Вирана-младшего не ожидая ничего хорошего.

— Вы говорили, что магию вливал мой брат, так? — протянул некромант.

— Да, мы пробовали мою, но там никакого эффекта вообще. Говорю же, куча взаимоисключающих символов, не схема, а не пойми что. При этом его магия какой-то результат давала, пусть и не тот, что требовался.

Эйдан придвинул артефакты к себе, отметая все вялые возражения артефактора об опасности, отложил в сторону кольцо менталистки и запустил заклинание поиска. Вернее, он просто запустил какое-то заклинание, но я готова была поклясться, что это поисковик, причем очень мощный.

Я затаила дыхание, слыша тиканье часов. Несколько секунд ничего не происходило, а потом Эйдана буквально впечатало в спинку кресла, едва не перевернувшегося от удара. Кровь из его носа хлынула рекой, тут же залив светлую рубашку.

— Я же говорил, что не надо трогать! — кинулся к нему со своим платком артефактор.

Некромант только отмахнулся, втянул кровь носом, сглотнул и поморщился от ее мерзкого вкуса. Платок взял у меня, я же быстро вывела незасохшее пятно с рубашки, стараясь не обжечь самого Эйдана заклинанием.

— Откуда искажения на кольце Нокс? — Видимо решив, что хуже уже не будет, Эйдан покрутил менталистское кольцо в руках. Артефактор отпрянул, словно это была ядовитая змея, готовая вот-вот броситься на него.

— Магия вашего брата. Она все изменяла, схема, которую он напитывал магией, разрушалась. Все разрушалось. У меня тогда даже цветы засохли. И аура у него была какая-то странная, темная, но неоднородная и словно живая. Она постоянно изменялась, — Лаверди передернулся. — Думаю, Габриэла попыталась его ударить заложенным в кольце ментальным заклинанием, но ваш брат просто смял атаку, уничтожив артефакт. Знаю, что звучит дико, но ему это было под силу.

— Почему вы не сказали этого тогда? — Я смотрела на Лаверди и думала, как все могло бы повернуться, заговори он сразу. Найти любого человека куда легче по горячим следам.

— Так я сам узнал только месяц спустя, когда муж Нокс приперся ко мне с этим проклятым кольцом, — досадливо скривился артефактор. — И да, не пошел в стражу. У Вирана было несколько свежих артефактов моей работы, назначение которых я сам не до конца понимал. И как бы я это объяснил? Уже не говоря о том, что искажения в кольце — так себе улика. Может, они тоже с ним экспериментировали?

Вряд ли Лаверди верил в то, что говорил. Он просто испугался и предпочел тихо отсидеться. Отличное качество, если подумать, вспоминать о гражданском долге тогда, когда это удобно и выгодно лично тебе.