— Дум! — скрипит Бугорос. — Буги забрать!
— Что Буги забрать? — спрашиваю.
Зомби садится на пол. Или, скорее, просто падает на задницу.
— Осторожнее с ним, умоляю, — морщусь я. — Ну жалко же.
Бугорос появляется в облачке чёрного дыма. В передних лапках он держит вещь, при виде которой у меня глаза лезут на лоб.
Да ладно! Неужели он сумел это прихватить⁈
Глава 21 Артефакты
— Бугорос, — широко улыбаюсь я. — Ненаглядный ты мой. Спасибо!
— Буги молодец? — спрашивает он.
— Буги просто умничка! Самый лучший демон на свете!
Малыш протягивает мне золотую ручку. Мой любимый артефакт, который при нажатии на кнопку превращается в Солнечный меч. Так что этим артом можно не только писать красивые письма, но и красиво сносить головы врагам. У меня почти получилось провернуть это с Холодом, но увы.
Теперь есть все шансы попробовать снова.
Ещё раз благодарю и от всей души хвалю Бугороса, но потом прошу вернуться в тело. Если оно будет просто так лежать, без подпитки маной быстро начнёт приходить в негодность. А у меня насчёт него большие планы.
Ухватился я за эту идею с переносом ядра. Фиг знает, получится или нет. Попробовать точно стоит. И я даже знаю, кто может помочь мне с поиском информации.
Звоню Валере:
— Привет! Ты ещё на занятиях?
— В столовке, — чавкает Смирнов. — У нас перерыв. А у тебя как дела?
— Лучше, чем я рассчитывал, — улыбаюсь, глядя на то, как безголовый зомби садится на стул. — Что там насчёт проклятия? Ты хотел кое-что рассказать?
— Ага, хотел. Сейчас, только в коридор выйду. Слушай, Диман, не хочу огорчать, но дело вот какое…
И Валера рассказывает мне, что сумел выяснить.
Судя по всему, на Могильных наложили одно из самых редких, сложных и опасных проклятий. У него даже официального названия нет, поскольку за всю историю оно встречалось лишь несколько раз. Называют его то порчей ослабления, то «уничтожитель дара», то просто проклятие антимагии.
В чём его суть, уже и так понятно. Те, кто попал под действие, начинают терять магические силы. А если пытаются как-то увеличить свою мощь, то получают противоположный эффект. Это я уже на себе прочувствовал.
Самое противное то, что нет никакого способа снять проклятия. Там какая-то невероятная хитрая механика, но суть в том, что проклятие не существует в виде конструкта или другой магической сущности. Его нельзя распознать, найти, изучить и поэтому никак нельзя развеять.
— В общем, если на твой род наложили именно это проклятие, то я даже не знаю, что делать, — бурчит Валера.
— Ну а что тут сделаешь? — спокойно говорю я. — Судя по всему, это оно и есть. Я собираюсь, конечно, смотаться домой и поговорить с родными. Но вряд ли они мне что-то новое расскажут.