Бриарей стремительно вытянул из-под воды четыре огромных каменных руки, двумя подхватил крейсер, а двумя — отодрал от него цепляющегося монстра…

ЧУДО МОРСКОЕ. МАША

Во дворе столпилось всё нынешнее население островка, со вчерашнего дня увеличившееся в полтора раза.

— Феноменально!

— Эва, глянь!

— Хорошо летит!

— Эка чуда морская!!!

— Вот тебе и гад!..

Мы с девчонками выскочили последними и успели увидеть, как нечто гигантское, маслянисто-чёрное, растопырившее в разные стороны десятки щупалец, словно каррикатурно-уродливое солнышко, достигло верхней точки своего полёта, поднявшись почти в зенит, задержалось там на пару секунд и камнем полетело вниз. Чудовище почти достигло верхнего обреза скал, когда навстречу ему выдвинулась (иначе не назовёшь) каменная рука и выписала твари щедрую плюху, вызвав дружное:

— У-у-у…

Монстр обмякшей тряпкой отлетел далеко в сторону.

— Внушительно! — прокомментировал Баграр, и в тот же момент остров дёрнулся, от чего мы с девчонками повалились, цепляясь друг за друга. Да многие не устояли на ногах!

— Добежал, — прокомментировал Леонид, оказавшийся рядом с нами и немедленно бросившийся помогать нам подняться, — вы не ушиблись, барышни?

— Тормозит он резковато, — прокряхтел поднимающийся рядом профессор Попов. — Зато теперь можно быть уверенным, что наше очередное перемещение завершилось, и можно будет прогуляться до спорной пещерки.

— А как же посмотреть на новеньких? — Баграр, уперев лапы в бока, оглядывал уползающую в грунт «крепостную стену» вокруг посёлочка.

— О, батенька, это не ранее, чем часа через четыре, а то и шесть! А до тех пор всё равно ничего новенького не произойдёт, так что предлагаю вам совершить бодрящую прогулку в, некоторым образом, горы, — профессор усмехнулся и подвернул беспокоящий его рваный рукав. — Возможно, господин Баграр, с помощью ваших особенных талантов мы сможем как минимум подтвердить или опровергнуть подлинность и древность упомянутых надписей.

Итак, составилась небольшая экспедиция: неугомонный профессор Попов, десяток яростных сторонников и противников различных теорий надписей, Виктор Иванович (автор книги наблюдений об острове), Баграр, с Баграром, само собой — я, Анечка, за которой неотступно следовал суровый есаул Савелий, Маруся и Леонид, который, вроде бы, и не выказывал столь откровенных знаков внимания, как некоторые мужчины, однако поддерживал весьма остроумный разговор и, кажется, вызвал таким образом у нашей инквизиторши куда бо́льший интерес.

Они шагали сразу за нами, и я с удивлением слушала, как Марусин голос оживляется. Она даже пару раз засмеялась! Я, ни слова не говоря, поражённо приподняла брови и тут увидела, что Баграр на меня смотрит.