Что же до людей Хвои, то лишь двое присоединились к ней, расположившись на стульях — те самые маги. Остальные же разошлись по разным углам зала, явно стараясь контролировать всё помещение и, заодно, проверяя происходящее внутри коридоров башни.

Пусть Искатели и не показывали своей нервозности, но явно не были рады такому поведению непонятной группы. Ласточки и люди Романа ответили тем же, стараясь держать на виду странных людей.

Сам разговор с Хвоёй сильно затянулся. Николай даже в какой-то момент приказал экспедиции разбить лагерь, услышав от наших новых знакомых, что в этой части башни безопасно. Они полностью зачистили первый этаж, а также использовали какую-то отпугивающую магию, чтобы не позволить монстрам вернуться или расплодиться тут. Впрочем, верить на слово людям Хвои всё равно никто не стал, создав группы по двое для дежурства.

Экспедиция не стала искать себе какое-то особое место для ночлега, расположившись прямо в зале с камнем. Руководство рейда явно опасалось оставлять его здесь без присмотра, особенно когда рядом с нами находилась группа неизвестных людей с непонятными целями.

Сам же камень с руническими письменами непроизвольно привлекал к себе внимание, стоило лишь кинуть на него взгляд. В будущем эти письмена нам предстояло расшифровать, но уже сейчас было очевидно, что часть из записей на скрижали, грубо говоря, являлись теми самыми рецептами отваров для сил Изменённых.

По крайней мере одна из ласточек и «Повелитель зверей» опознали хорошо знакомые им символы, которые обозначали их собственные пути развития. Откуда они в принципе знали эти символы, конечно, большой вопрос, в свободном доступе подобной информации никогда не было, но они оба настаивали на этом.

Это значительно увеличило интерес к камню со стороны почти всех Изменённых экспедиции. Некоторые, как тот же «Кукольник» решили заняться переписыванием символов со скрижали и если на лысого Искателя Николай никак не отреагировал, то вот на людей Романа, которые занялись тем же, он посмотрел очень странно. Словно бы с тщательно скрываемым раздражением и даже враждебностью… хотя насчёт последнего я мог и ошибаться.

Что же до меня, то я отправил к скрижали Ва’йана, у которого была почти фотографическая память на подобное, так что пропустить что-то интересное мы с ним не опасались. На усевшегося рядом с камнем кота, который принялся остервенело вылизывать себя, члены рейда посмотрели с подозрением, но быстро перестали обращать внимание. В конце концов, это был просто кот.

Позже мы с фамильяром обязательно попытаемся разобраться во всём, что он там запомнил. В более спокойной обстановке это будет куда проще, чем расшифровывать на ходу прямо сейчас. Ну а что же до разговора с Хвоёй, то его вполне было возможно слышать и рядом с камнем, благо слух у него не сильно отличался от всех прочих кошачьих.