Поняв, что специально затягиваю момент применения мыслеконструкции, концентрируюсь и разом бью по всем девяти целям.

Хаос. Ощущение множества тел. Множество “моих” рук. Девять картинок перед глазами. Девять разных тел. И самое странное — десять центров принятия решений. Группа автономных разумов.

В первые моменты теряюсь. Слишком непривычно. Настолько, что сначала даже не понимаю, какой из этих “я” — настоящий. Собственно, нет уже никакого “я”. Теперь только — “мы”. Пусть и связанные через один центр.

Вот это — самое слабое место моего плана. Какая-то коммуникация с базовым разумом всё равно присутствует. И тоже идёт через тонкий план. Плюс в том, что это не обычный канал связи и даже не тонкая нить, созданная по такому же принципу. Нечто, практически неосязаемое, даже для меня самого. Связь на тонком уровне глубины силы. Такая, что нащупать и оборвать её практически невозможно.

Тем не менее, преторианцы могут её обнаружить. В теории. Но, в данном случае, выбора у меня нет. Лишь проверить всё на практике.

Осваиваюсь с управлением своими новыми телами. Тяжелее всего с проституткой, которая ещё и осталась в своей старой одежде. Всё, что изменилось — в маленькой сумочке теперь запрятан пистолет и пара гранат. А под ногами лежит заряженный автомат.

Как женщины вообще носят такое бельё? И чулки? Никогда не думал, что им приходится терпеть столько неудобств ради красоты.

Отправляю вперёд транспорт. Одно патрульное авто с водителем впереди и проституткой сзади. Две мощные спортивные машины с одарёнными — эти я заимствовал у руководства управления. Спецназовцев отправляю на полицейском же бронированном внедорожнике.

Вернее, в данном случае не отправляю. В каждой из машин сижу я. Четыре пары моих рук крутят руль, а столько же пар ног жмут на педали. До безумия странное ощущение.

Я планировал ещё раз прогнать в голове всю полученную информацию и прикинуть, кем именно могут оказаться преторианцы. Но состояние такое, что размышлять о чём-то практически невозможно. Каждая часть моего разума дополнительно нагружает основное сознание. А парочка копий “меня” вовсе начинают размышлять, не стоит ли им свалить в закат, чтобы спасти свои жизни.

О таком в описании экспериментов не говорилось. Никто не утверждал, что отрезанный кусочек моего же разума может вот так запросто поднять бунт. Пока полноценным мятежом тут, конечно, не пахнет — я держу ситуацию под контролем. Но мысли на заднем фоне крутятся. И бороться с ними постепенно становится всё тяжелее.

Когда все четыре машины оказываются рядом с домом преторианцев, разделяю их. Патрульный останавливается за углом со стороны фасада здания. Спецназовцы занимают такую же позицию, но с направления заднего двора. А вот обе машины с одарёнными я отправляю вперёд. Одна идёт прямо к основным воротам, а вторая подъедет сзади.