Для меня такой подход оказался очень странным, это всё равно, как использовать микроскоп для забивания гвоздей, если говорить образно. Хотя был возможен такой вариант, что эти пластины предназначались не для прочтения их человеком, а для считывания информации определенными устройствами. Но тогда это был просто невероятный уровень развития. Это была, по сути, настоящая компьютерная технология, и память хранения, которую я видел перед глазами, содержала информацию огромного размера.

Я достал еще несколько рунных светильников и начал расставлять их каждые несколько десятков метров, обходя этот зал, который оказался на самом деле огромным центром хранилища информации. Можно было бы даже сказать, что это библиотека, вот только это была библиотека не для людей. Пластины и их полки, были организованы по секциям, каждая из которых была отмечена крупным символом маркера, также написанным с помощью рун. Здесь уже логика была понятна даже без полной расшифровки. Маркеры группировали пластины по тематике, производство, тут же рядом была логистика, а чуть дальше, как я понял и энергетика.

Я не искал чего-то конкретного, так как не был уверен, что мне это поможет в том, что происходит сейчас в Яме. Просто методично расставлял светильник за светильником, освещая как можно больше пространства и стараясь понять место, в котором я нахожусь. Довольно быстро стало понятно, что это круглый зал диаметром около семисот метров, где в центре абсолютно пусто, и только по краям находятся полки с пластинами. Больше здесь ничего не было, ни входов, ни выходов. Только еще такие же четыре отверстия, расположенные по периметру и уводящие, видимо, в другие сектора. Сейчас три из них перекрыты полностью, и только мой проход оставался открытым, точнее сказать, нечто не дало ему закрыться до конца. Что еще больше говорило о том, что это место совершенно не предназначалось для посещения его обычными людьми.

Почти на противоположной стороне зала, куда свет еле доставал, я увидел небольшой непорядок, хотя в зале было достаточно чисто. Сначала я подумал, что это куча тряпья, какой-то темный сверток у основания полки, наполовину скрытый тенью от каменного выступа. Но когда я подошел ближе и направил фонарь, стало понятно, что это точно не тряпье.

Человек, точнее человеческий скелет, его остатки, сидел, прислонившись спиной к стене, с ногами, вытянутыми вперед, и руками, смиренно сложенными на коленях. Поза была спокойной, почти умиротворенной, как будто человек просто сел отдохнуть и не встал.

Одежда на нем давно превратилась в бурую труху, на которой кое-где сохранились фрагменты ткани, и по ним было видно, что это была мантия или халат, длинный, с широкими рукавами. На груди прямо поверх истлевшей ткани лежала каменная пластина, не такая, как на полках, а побольше, может быть, размером в ладони две, да и потолще немного. А рядом у правой руки скелета стояла небольшая каменная шкатулка с крышкой.