Но вот наш летт приземлился. Следом за ним второй, с девушками. Мы вывалились на площадку. Судя по выражению на лицах девушек, они явно оценили загородное поместье рода Оболенских. И это учитывая, что, как я понял, здесь собрался богатый и весьма знатный народ.

Хозяин выглядел явно довольным произведенным впечатлением.

— Уважаемые гости! — весело объявил он. — Мы сегодня и завтра здесь одни! Мои уважаемые родичи отбыли в небольшой вояж на пляжи Ближнего Востока, наш дворецкий уже спешит!

Я увидел, что к нам подходит представительный и солидный мужчина лет пятидесяти. Благообразная внешность, камзол с иголочки, который мне напомнил одежду века так из восемнадцатого, что сильно контрастировало с тем, что я видел до этого момента в этом мире. Но выглядел дворецкий по имени Семен (как его представил Оболенский) вполне уверенно. По мне, так должен выглядеть настоящий стереотипный дворецкий. Мне почему-то сразу вспомнился бессмертный Бэрримор из старого фильма покинутого мной мира об одном сыщике и собаке Баскервилей.

— Господин, — поклонился тем временем Семен сначала Николаю, — господа, — затем нам, — прошу за мной. Думаю, вы хотели бы сначала разместиться? — Он вопросительно взглянул на Оболенского.

— Ага, точно, Семен. Пошли…

— Извините… — вдруг замялся дворецкий. — Молодой господин, вы уверены в правильности присутствия в доме эльфийки? — Причем он в сторону Иви вообще не смотрел.

Надо же… вот гад. Иви даже смутилась. Мои спутники удивленно переглянулись. Они уже привыкли к постоянному присутствию моей целительницы.

— Она принадлежит моему роду! — вырвалось у меня, и я определил хотевшего уже что-то произнести Оболенского.

Дворецкий пристально посмотрел на меня, и в его глазах промелькнуло какое-то странное выражение. Но буквально на секунду, после чего сменилось стандартно-доброжелательным.

— Извините, господин…

— Князь Черногряжский, — помог я ему.

— Извините, ваше сиятельство, — повинился тот, но вот в голосе я не услышал ни малейших извинительных ноток, — не знал. Тогда это, конечно, многое меняет, но учитывая отношение хозяина дома…

— Завязывай, Семен, — прервал его Николай, — с отцом я сам разберусь.

— Как скажете, молодой господин, — кивнул дворецкий, — эльфийку поселить отдельно? — На этот раз он смотрел на меня.

— Со мной вместе, — заявил я, демонстративно обняв Иви.

У дворецкого на лице ни дрогнул ни один мускул. Он кивнул и, пригласив всех следовать за ним, отправился к дому.

— Не обращай внимания, — тихо посоветовал мне по пути Оболенский, — у Семена пунктик насчет нелюдей. У него родственников вырезали эльфы во время Четвертого бунта.