— Черные корни? — переспросил Грэм, останавливаясь, когда я дошел в рассказе до них.

— Да, — сказал я. — Я подумал, может тут замешаны Чернодрева или что-то очень близкое к ним. Но конкретного он не сказал, у него каждый раз, когда он пытается вспомнить, голову «пробивает» изнутри. Я думаю чем больше дряни вытащим, тем больше он вспомнит. А еще я встретился с Целителем. Он пришел к нам в землянку.

— Ты видел Целителя? — приостановился удивленный Грэм.

— Видел, — ответил я, и сам почувствовал, как по спине пополз холодок при одном воспоминании. — Дед, он… очень быстрый. Намного быстрее Морны. Он подошёл ко мне в землянке буквально за долю секунды — просто размылся в воздухе и всё. Без рывка или Усиления. Я даже среагировать не успел. И Рыхлый не успел.

— А что сказал?

Я задумался припоминая слова целителя.

— Сказал, что такие как я им нужны, — медленно произнёс я. — И что мне не стоит задерживаться там, где меня не ценят, что-то в этом духе. Точнее не скажу.

Грэм остановился и вид его был серьезным.

— Нехорошо, — глухо произнес он. — Это совсем нехорошо, Элиас.

— Я знаю.

— Если он на тебя обратил внимание, значит ты для них ценен и они уже это поняли, как и поняли какого качества отвары ты делаешь. Не думаю, что они узнали про симбионта, но им и просто хороший травник — находка.

— Я уже думал об этом, дед. Наверное сегодня мы принесем всё, что необходимо и пора прекращать сюда ходить. Во всяком случае пока с Целителем и Шипящим не разберутся.

— А вот это верная мысль, — кивнул он, — Теперь, когда всё обернулось вот так, тебе лучше нос не показывать из поселка.

Я кивнул.

— А еще Клыка пытались убить, — добавил я через десяток шагов.

— Убить? — спросил Грэм.

— Да, ночью, — ответил я, — Шипоземы, как сказал Рыхлый. С десяток штук ползли точно в его сторону. Если бы Рыхлый спал, а дежурил я, то Клык был бы уже мертв.

Я рассказал ему про шипоземов, про то, как Рыхлый их перехватил червями, про его слова, что таких тварей держат всего трое в деревне, про Ладена, Суру Немую и Кира Горбуна.

Грэм слушал молча, только желваки ходили на скулах.

— Кир Горбун, — пробормотал он. — Это тот, что при Хельме крутится?

— Он самый.

— Считай, что виновен он. Хотя… — он почесал бороду, — да, лучше всех троих считать причастными. С этим я согласен. Доверять там никому нельзя.

Какое-то время мы снова шли молча.

— А Морна как? — спросил Грэм.

— Морна… плохо, — честно ответил я. — Совсем плохо. Отвар, что я ей сварил, оказался слабее, чем я рассчитывал. Шесть бутылочек хватит на месяц, — я сделал с запасом, — но эффект, увы, далёк от обычного эликсира. Она держится, но еле-еле. Утром чуть с когтями на Хельма не кинулась, когда он начал ее цеплять. Если бы Рыхлый её не удержал…