Санитар сходится в бою сразу с дюжиной зомби-мечников. Ценой гибели трех своих собратьев они на мгновение заблокировали смертоносный клинок, дали товарищу возможность ответного удара.

Нежить третьего ранга, прямая эволюция мечника, не подвела. Широкий, размашистый удар кривым зазубренным тесаком на месте правой руки пробивает тканевую броню вошедшего в раж хитокири. Массивное лезвие наносит длинную, поверхностную рану, а заблокированный мечник словно размывается в воздухе.

Атака следует за атакой, шашка плывет сквозь чужую плоть как рыбы сквозь воду: плавно, мощно, естественно и неизбежно. Он уже перестал быть человеком с мечом. Теперь Санитар и Филиппа — единое целое. Мечника посетило редкое чувство вдохновения, единения со своим оружием.

Ему больше не нужна "Долгая Прогулка", слепящие мертвецов лучи отраженного света звезд. Он сам — луч, сияющее многорукое чудовище. Вихрь из лезвий, что проходит ураганом сначала по верткому авангарду, а затем и по плотным рядам основной массы мертвецов.

Большая часть нежити оказалась медленнее первого отряда. Они пришли позже: ленточники и их эволюции, осторожные ловчие, неистовые Ящеры, всех, не только черных, цветов.

Не важно. Среди них нет ни одного сопоставимого с ним противника. Вечерний танец хитокири не предусматривает партнера. Он один в толпе бездушных манекенов, вульгарной плоти, что раз за разом распадается на фрагменты рядом с его мечом.

Шашка поет. Санитар давно уже не различает, где верх, низ, право, или лево. Он весь отдался на волю инстинктов, погрузился в "Дестрезу" настолько, что закрыл глаза. Лишь вспыхивающие и гаснущие контуры серых душ подсказывают ему направление.

Он не стал уничтожать эту толпу полностью. Стоило только кончиться третьим, и большей части вторых рангов зомби, как Виктор развернулся, использовал забытую было "Долгую Прогулку", рванул теперь уже на помощь их отступающему отряду.

Блинк вывел его за спину каменной горгулье, что служила щитом наземных тварей. Санитар прорубился сквозь нее за пять ударов. Огромное достижение, ведь на остальных он, бывало, не тратил и одного.

Мечник уничтожил несколько таких же каменных птиц рядом с горгульей, запрыгнул на остатки ее тела, оттолкнулся ногой. Мощный прыжок на три метра вверх приземлил его на закорки "птеродактиля". Вспышка от удара клинка, мышцы монстра под его ногами размякают, голова падает куда-то вниз.

Виктор снова отталкивается, рубит вкруговую прямо в воздухе, не обращая внимание на кровавый душ. Новые твари — живые. Фонтан из кости и крови — вся их разница с уничтоженной до этого нежитью.