— Иналия? Как поживаешь?

Её смех, лёгкий, как звон колокольчиков, эхом отозвался в моём сознании.

— Только ты мог задать подобный вопрос после того как потерялся так надолго. Мы уже думали, что с тобой что-то случилось, но ты живой и здоровый! Это хорошо!

Она помолчала, словно собираясь с мыслями, а потом заговорила снова, её тон стал серьёзнее:

— Святая места себе не находила, Эридан. Она хотела броситься за тобой, искать тебя по всем морям и землям. Но я не разрешила. Я приказала ей остаться и обустраивать Орию для тебя. Чтобы у тебя был дом, куда вернуться. Она всё ещё там, работает, ждёт тебя.

Я сглотнул, чувствуя, как тепло разливается в груди. Святая. Та, кого Иналия называла своей правой рукой. Наши отношения были были интересными и тёплыми, до того как меня выдернули на юг.

— Спасибо, что не дала ей натворить дел. Она все равно бы ничем мне не смогла помочь, — ответил я. — За неё. За Орию. Но почему ты вышла на связь, а не Аргос?

Её голос стал тише, в нём появилась тревога.

— Аргос, — сказала она, и я почувствовал, как напряглись мои плечи. — Он пропал, Эридан. Не выходит со мной на связь уже давно. Это меня пугает. Он всегда был… непредсказуем, но такое молчание не в его духе. Я не знаю, жив он или мёртв, прячется или готовит что-то. Ты ведь мог его чувствовать через печать, да?

— Да, мог, но больше не чувствую, — признался я честно.

Иналия замолчала, и я почти видел, как она хмурится, обдумывая это.

— Как это не чувствуешь? А как же печать? — насторожилась она. — С ней что-то случилось?

Её слова подтвердили мои худшие опасения. Пора было задать прямой вопрос.

— Иналия, я говорил с богом, — начал я, сжимая кулак до хруста. — Я все знаю про Аргоса. Кто ты такая? Богиня, как ты говоришь? Или маг, как Аргос? Я устал от тайн. Скажи мне правду.

Тишина. Она длилась так долго, что я подумал, будто связь оборвалась. Но потом её голос вернулся — мягкий, но с ноткой грусти.

— Я не богиня, Эридан, — сказала она. — Не в том смысле, как ты думаешь. Я… нечто большее, чем маг, но меньше, чем бог. Разве они не ушли? Как ты говорил с ним?

Её ответ не дал ясности, но в нём было что-то, что заставило меня поверить. Не до конца, но достаточно, чтобы не оттолкнуть её.

— Хорошо, — ответил я. — Я говорил с ним в его святилище. Именно он изменил печать Аргоса, поэтому я больше его не чувствую.

— Ну и дела-а, — протянула Иналия. — Я думала, что боги давно покинули этот мир.

— Теперь покинули и это прекрасно, — я хохотнул. — Но у меня столько вопросов! К тебе и Аргосу! Связь внезапно оборвалась, оставив после себя лёгкое тепло в груди. Эта щасранка просто сбежала. Я открыл глаза и понял, что всё ещё стою на причале, а Джон смотрит на меня с тревогой.