Глава 1
Треск. Громкий, непереносимый треск разносится над лесом. Этот треск издает огромный пожар. Горят дома, и исходящий от них жар ужасный, нестерпимый, кажется, поджигает даже одежду.
Треск сопровождают крики людей и хохот ублюдков их убивающих. На деревню напали внезапно и не щадили никого, убивая всех от мала до велика.
Калеб сидит в погребе, сжимая старый кинжал. Это все, что у него осталось от прошлой жизни. Позади в самом углу прячется его младшая сестра Лили. Она сжалась от страха в комок, обхватив колени руками и вздрагивает от особо громких криков.
Им повезло. Калеб заметил карателей еще в лесу, когда пошел к ручью чистить старый котелок. Он успел добежать в деревню и поднять тревогу. Затем он бросился, схватил сестру и спрятаться в погребе самого крайнего дома. Кроме сестры больше ему заботиться было не о ком. Так уж вышло, что жили они здесь приживалами. Добрые деревенские приютили сирот, поселив в общем бараке. Калеб и Лили работали в обмен на кров и еду.
Калеб сжал рукоять кинжала сильнее, стараясь не думать, что с ними станет. Совсем рядом послышались шаги, громкий, сиплый голос оповестил, что люк, ведущий в их убежище все же найден. Калеб стиснул зубы, готовясь продать свою жизнь подороже.
Крышка поднялась. Солдат в желто-зеленой котте осмотрел погреб и оскалился. обнаружив парнишку.
— И кто это у нас здесь прячется? Иди сюда, дружок! Я тебя не обижу! — осклабился ублюдок щербатым ртом.
Калеб даже не понял, что дальше произошло. Солдат вдруг засипел, покачнулся и упал. Из его спины торчал топор.
— Дикие! Это дикие! — послышались заполошные крики.
В следующую секунду лес огласил боевой клич больше похожий на рык. Стремительные тени выскакивали из леса и убивали солдат. Каратели попробовали организовать сопротивление, но их командир тут же упал, захлебываясь кровью.
Калеб наклонился, глянуть как там сестра, а когда снова высунул голову, столкнулся нос к носу с женщиной. Ее лицо было разрисовано странными символами, волосы заплетены в тонкие косы, а зеленые глаза смотрели оценивающе.
Калеб сглотнул. Это была горянка и неизвестно что хуже, каратели или горцы, потому что о последних ходили легенды одна страшнее другой.
Горянка что-то спросила, но Калеб замотал головой. Он ничего не понял.
— Ты здесь жить? — повторила горянка уже на их языке.
— Да, мы сироты, живем здесь, — оттарабанил Калеб, надеясь, что их не убьют.
— Все, кто жить здесь, мертвы. Если не хотеть умирать, ты идти с нами, — сказала женщина. Казалось, будто она вспоминает как говорить на общем языке. — Если тиы осьтанешся здесь, то не выжить. Идем и бери девочку.