Однако завершить нашу беседу нам так и не дали. В мастерскую вбежал Николай Широков с криками:
— Господин Мечников! Вас там ожидают какие-то важные люди! Они говорят, что не могут больше вас ждать. И… Кажется, они намерены сюда ворваться, если вы сами не выйдете к ним навстречу.
О-о… Отлично. Широков — наивная душа. Кажется, даже в такой ситуации он не до конца понимает, во что мы влипли. Видимо, это проигравшая сторона, которая до сих пор не смирилась с моей победой на заседании ордена.
Рисковать Бронниковой и студентами я не могу. Придётся выйти туда в одиночку.
— Да-да, точно! — воскликнул я. — Совсем забыл, что договорился с этими людьми о встрече. Светлана Георгиевна, мы с вами закончим наш разговор чуть позже. Пока что мне надо отлучиться.
Разумеется, это была ложь. Ложь во благо. Неизвестно, насколько агрессивно настроены эти люди. Но я не хочу, чтобы кто-то пострадал из-за моей грызни с другими аристократами.
Как только я распахнул дверь и вышел на улицу… Мой обратный виток активировался.
Потому что к моей голове приставили дуло порохового пистолета.
Стоп… Пистолета⁈ Но их же в этом мире не существует!
— Вы же не думали, что сможете так просто уйти безнаказанным, Мечников? — обратился ко мне Александр Щеблетов.
Он стоял вдали, старался держаться в стороне от потенциального конфликта. Интересно, откуда у его подручных взялось такое оружие? Неужто кто-то принялся развивать оружейное дело с таким же азартом, как я занимаюсь медициной?
— А теперь идите за мной, — велел он. — Мой господин хочет с вами увидеться.
Глава 20
Сомнений нет. Мне не показалось. На меня только что наставили пистолет. Именно такими когда-то ещё в моём мире и пользовались во времена девятнадцатого века. Кремниевый, в дуло засыпан чёрный порох, а над ним находится свинцовый шарик. Теперь моему врагу достаточно нажать на спусковой крючок, чтобы сделать выстрел.
Ударно-спусковой механизм придёт в действие, порох загорится — и всё. Часть моих мозгов окажется за пределами черепной коробки.
Кто и зачем его создал⁈ В этом мире есть магия. Не вижу ни одной причины приступать к производству оружия. Хотя… Нет, всё-таки одна причина есть. Нужно только познакомиться с этим производителем и теми, кто им руководит. Тогда мне сразу станет ясно, прав я в своих догадках или нет.
Прогресс — это хорошо. Вот только в этом изобретении нет ничего хорошего для человечества. Оружие всегда создаётся для нанесения вреда другим людям. Если я создаю инструменты и лекарственные средства, которые должны спасать жизни, то это оружие создано, чтобы жизни отбирать.