Балашов вскочил из-за стола и принялся расхаживать по залу туда-сюда. Его всё время заваливало на правый бок. Видимо, из-за ожирения у него уже начал страдать тазобедренный сустав. Представляю, какую нагрузку приходится выдерживать ногам барона.
— Не знаю, откуда вы узнали про Евгения, но я рискую в обоих случаях. Отпущу вас — рискну. Убью — тоже рискну. Значит, выход остаётся только один, — заявил он. — У меня есть к вам несколько условий. Если согласитесь на них — я скажу стражникам, чтобы вас сопроводили к вокзалу. Если нет… Сами понимаете, чем закончится наше знакомство.
— Хорошо, мы готовы выслушать, — кивнул я.
— Первое! — поднял жирный указательный палец барон Балашов. — Вы оба дадите мне магическую клятву. Пообещаете, что никому больше не расскажете о том, что вам известно о моём брате Евгении. И своих друзей предупредите, чтобы держали рот на замке.
Изначально я планировал помочь Токсу с этой задачей. Но я уже вижу лазейки, благодаря которым у нас может получиться обойти магическую клятву. Это — не такая уж и большая проблема.
— И второе условие… — Балашов упёрся руками в своё кресло и хитро улыбнулся.
— Что-то у меня плохое предчувствие, — прошептал Синицын.
И он был прав. Я нутром чуял, что второе условие нам совсем не понравится.
Глава 3
— Я хочу, чтобы после возвращения в Хопёрск вы упомянули, благодаря кому вам «на самом деле» удалось вернуться в наш мир, — заявил он.
— Погодите-ка, вы на что намекаете? — не удержался Синицын. — Хотите, чтобы мы солгали общественности и сказали, что это вы нас спасли⁈
— Илья, помолчи, — прошептал я. — Не провоцируй его. Пока что.
— Ого! А я думал, что ваш коллега немой, — усмехнулся Виктор Павлович Балашов. — А что вас смущает, господин Синицын? Илья Андреевич, кажется, да? Если мне память не изменяет…
Однако Синицын промолчал. Решил исполнить мою просьбу буквально.
— Да, этот тот самый Илья Андреевич. Сын аткарского барона, — ответил за друга я. — Ему тяжело разговаривать, господин Балашов. Он получил тяжёлые раны голосовых связок, поэтому вынужден восстанавливать их. Молча.
— Это меня интересует в меньшей степени, — отмахнулся Виктор Балашов. — Я не совсем понял, чему ваш коллега так удивился? Я ведь не прошу, чтобы вы наплели общественности чёрт знает что. Не нужно преувеличивать. Просто скажете, что вас нашёл и выходил барон Балашов. Это сильно повысит мою ценность в глазах саратовского князя. А, может быть, и до императора новости дойдут. Моя репутация увеличится. И это всем нам пойдёт на пользу.
Выходил он нас! Ну-ну. Я понимаю, зачем он решил состряпать такую легенду. Ведь если мы сообщим, что оказались в тюрьме у барона, к нему возникнет много вопросов. Героев, победивших верховного некроманта, так ещё и в тюрьму?