вонючий и нечесаный?— Да, весь набор, — ответила Дебби, полностью сконцентрировавшись на чае.— Высокий, низкорослый?— Ну, низкорослым его точно не назовешь.Дебби передала подруге кружку с чаем, и они уселись за кухонный стол. Аккуратно сняв слинг, Дебби положила локоть на стол, потом медленно выпрямила руку и с облегчением поняла, что почти не чувствует боли. Парацетамол определенно начал действовать.— Хочешь сказать — выше тебя?— Э-э-э… да.— Так, значит, он еще какой высокий. Дебс, ты на себя посмотри. У тебя ноги в два раза длиннее моих. Итак, он высокий, итальянец и доктор в придачу. Вкусняшка!— Не забывай, что он вонючий и нечесаный.— Чему может помешать легкий запашок? — Элис фыркнула. — Пару лет назад я встречалась с парнем, от которого разило, как от оленя, меня это совсем не беспокоило.Дебби невольно улыбнулась:— Господи, Эл, откуда ты знаешь, как пахнет олень?— Просто поверь на слово, этот парень пах, как вапити. Или как лось, или как буйвол, в общем, как все эти огромные волосатые самцы.— Если от него так несло, зачем ты с ним встречалась?Элис подмигнула Дебби:— Ну, с огромным волосатым самцом я сравнила его не только из-за запаха. Понимаешь, о чем я?— Я всегда понимаю, о чем ты, Эл. — Дебби театрально вздохнула. — В любом случае тот парень не пах, как какое-нибудь четвероногое.Элис такая информация явно показалась неполной, но она решила сменить тему разговора, и Дебби получила возможность хотя бы на время расслабиться и не следить за каждым своим словом.— Как бы там кто ни пах, Дебс, но если ты в поиске, то тебе точно надо заняться волосами и гардеробом.— В тысячный раз повторяю, я не в поиске. И что не так с моими волосами?— Ну, например, тебе не приходило в голову заглянуть в парикмахерскую? Ты совсем за волосами не следишь, и сама об этом знаешь. Отрасти еще немного, и они в цепи твоего велика запутаются, тогда произойдет еще один несчастный случай, только без участия какого-нибудь мускулистого парня. Посмотри на себя. У тебя концы секутся, даже так — секутся уже посеченные кончики. Если не пострижешься, станешь похожа на старую нечесаную ведьму.— Ну и ладно. Эл, меня устраивают мои волосы.— Знаю, тебя все устраивает, а не должно. Ты девица двадцати восьми лет, с длиннющими ногами и попкой, о которой простые смертные могут только мечтать. Черт подери, Дебс, приведи себя в порядок! В Кембридже полно красивых мужчин, которые все отдадут, лишь бы тебя заполучить.— Ну, вообще-то, я тут особых красавцев не замечала. — (Если не считать итальянского