мне казалось, будто тело не мое, и вообще это происходит не с нами, и все не более, чем сон. Но через пару секунд сознание возвращалось, и вот мы снова стоим посреди небольшой каменной комнаты в высокой башне. А рядом с нами трое мужчин, рассказывающих о нас и о наших мамах шокирующие вещи. Так бывает в фильмах, когда герои узнают о своем загадочном прошлом. Только вместо этих персонажей теперь были мы с Катей.— И, кажется, вы знали наших мам, не так ли? — я поняла, что они что-то не договаривают, и спросила сразу в лоб.Эломир перестал ходить взад-вперед по комнате и переглянулся с воинами. Румит опустил взгляд, а рыжеволосый расценил это как некий знак: он взял кувшин, три кружки на столе и понемногу разлил в каждую из них. Две он пододвинул нам с Катей, а из третьей пил сам.— Да, мы их знали, — начал Румит. — Ваши мамы хотели спасти нас от Буфарона. От его злодеяний. Дать нам шанс на безопасный мир, — военачальник неспешно подошел к камину и уставился на пламя, скрестив руки на груди. Теплый свет от огня осветил его печальное лицо. — Увы, этого не произошло.— Так что же в итоге случилось? — поинтересовалась я, пригубив содержимое из кружки. Оказалось, вино. Хоть алкоголь я никогда не жаловала, но его терпкий вкус пришелся мне по нраву: кисло-сладкий сок с оттенком яблока, винограда и вишни. Катя, морщась, тоже понемногу попивала.— Думали, что они погибли, зайдя в ту пещеру. С тех пор Дарат считается проклятой, — принялся рассказывать Гефокс, делая смачный глоток. — Все про нее и думать забыли. А тут вы нам на пути попались с этими выродками эрлами. Не иначе как удача.— Ты прав, Гефокс, — подметил Эломир. — Попади вы сразу в руки Буфарона, наш мир бы снова подвергся опасности. Мы пока не знаем его точных планов. Но я убежден в одном — нельзя допустить, чтобы у него оказался медальон.— Мы можем отдать его вам на сохранение, если он так важен, — заключила подруга.Старец почесал бороду и произнес:— Да, это хорошее решение. Но, возможно, он и вас, леди, захочет использовать в своих целях.— Потому мы должны вас спрятать, — холодно огласил « приговор » Румит, все еще созерцая игру огня в камине.— Как спрятать? Нет-нет-нет, — запричитала Катя, резко встав и вскинув руки, словно защищаясь, — Мы отдадим вам половинки медальона, а сами отправимся домой, — на последнем слове подруга переменилась в лице и добавила: — Мы же сможем это сделать, Эломир?Старец смущенно опустил голову и сел в кресло у камина. Румит и рыжеволосый так же, как и мы уставились на Эломира, ожидая