Мой же рассказ он нашей борьбе с чудовищами по пути к юрте правда получился довольно коротким, так как я старался поддержать образ скромного героя, помятуя об одном хитром комиссаре. Звучал он примерно так:

-Ходим, бьем, потом бежим к Быку, чтобы нас не задавили числом. А затем ждем денёк, пока ходячие скалы снова вернуться к себе и отдыхаем, как сегодня — проговорил я без излишнего пафоса — До сих пор правда непонятно почему они стремятся оказаться в определённых местах Рирта, а не держатся плотными группами, но уж как есть и это нам на руку.

Но вот в лагере развернулись эр Эдво и Глам Серебряный язык, начав живописать подробности. В выходной ребята успели хлебнуть медовухи, поспевшей в Верхней каменке у одного седого старичка, которого я тоже надеялся переманить к себе, а потому опять началось демон знает что и мне приходилось осаживать рассказчиков. А то получался не великан с молотом, а как минимум Тор Громовержец с Мьёльниром. И по три гиганта разом я сносил одним ударом и колотушка ко мне в руки отлетала повинуясь жесту и тайному великаньему слову. В общем мрак и ужас.

Но девушка слушала развесив уши и двух любителей художественных преувеличений и мои комментарии из серии:

-Да тот вообще не считается, его мэтр Авалий пустил по ледяной дорожке, осталось только придержать аккуратно, чтоб развалился.

Или:

-Этого Михалыч считай один заломал, я в основном рядом постоял.

Всё это сопровождалось добродушными смешками мага, который в баснях уже давно перерос всех архимагов вместе взятых и должен бы был с такой силушкой трясти горами, как вениками и кипятить моря, как чайники. Ну а Михалыч видимо являлся царём-медведем этого мира, а то и вовсе медвежьим богом, который чуть ли не каньоны и новые долины создаёт одним ударом когтистой лапы. Но сидеть нам было весело, а медовуха и правда была хороша, да. Только вот ближе к ночи дева-лучница вознамерилась отправиться с нами в следующую вылазку, но была обломана.

-Без доброго коня, который сможет поддерживать темп до самого Сидячего быка, там делать нечего — отрезал я, но потом всё таки подсластил пилюлю — Уговорите выделить вам такого вашего отца, когда он нас вновь посетит, тогда можно будет о чём-то разговаривать. А на плохой лошади и тем паче на своих двоих там смерть. И ладно бы только вам, но и всем, кто попробует вас спасти.

Средневековая пацанка насупилась, но спорить не стала. Опасаясь какого-нибудь фортеля от неё, бойцам эра Эдво был дан приказ глаз с девушки не спускать. И сделано это было не зря, Суна попыталась покинуть лагерь после нас на следующий день, но была схвачена за шкирку и затолкана в юрту на попечение Алисанды с братом и мелкой сестрой. Наша юная повариха испытывала к дочери соседнего владетеля отчётливую неприязнь, которая подозрительно напоминала женскую ревность и потому была более чем бдительной «тюремщицей». А по возвращению в базовый лагерь нас встретил ещё и её отец с несколькими своими воинами, а так же сыном.